Майкл обрадовался, услышав, что с Колином все в порядке. Он до сих пор испытывал глубокое чувство вины, потому что, не отдавая себе в этом отчета, тайно желал, чтобы муж Кэтрин исчез.
- Просто невероятно... я все еще дышу.
Его рука потянулась к тому месту на животе, куда попала пуля. Невозможно было отделить эту боль от тысячи других.
- Вам чертовски повезло.
Она взяла с ночного столика изрядно помятый калейдоскоп.
- У вас три тяжелых ранения и полдюжины полегче, но эта штука спасла вас от пули, которая неминуемо принесла бы вам смерть.
Он уставился на свинцовую пулю и серебряную трубку.
- Действительно, расколотая радуга.
Кэтрин вопросительно взглянула на Майкла.
- Расколотая радуга?
- Да, осколки мечты и радуги. Они в калейдоскопе. Милая вещица. Подарок друга. - Он улыбнулся. - Мой счастливый талисман.
- И в самом деле.
Майкл хотел взять калейдоскоп, но резкая боль помешала поднять руку.
- Не такой уж счастливый.
- Майкл, вы остались живы, - взволнованно произнесла Кэтрин. - И это после того, как в вас стреляли, рубили саблей, топтали копытами, после того, как вы потеряли столько крови! Возможно, понадобятся месяцы, чтобы вы полностью оправились. Но вы не умерли, и это главное.
Она говорила так уверенно, что развеяла почти все его сомнения. После битвы у Саламанки он тоже был в ужасном состоянии, но ведь обошлось.
Кэтрин нахмурилась.
- Я совсем заговорила вас. А вам надо отдыхать.
Она поднялась.
- И вот еще что. Вы просили написать вашим друзьям в случае вашей гибели. Может быть, сообщить им, как у вас обстоят дела? Ведь они будут беспокоиться, когда увидят ваше имя в списках раненых.
- Да, пожалуйста. И... благодарю вас.
Он старался не закрывать глаза, но даже короткий разговор совершенно его измучил.
- Сегодня же напишу и отправлю письма с нарочным, так что они быстро дойдут. Майкл, с вами все будет в порядке. - Кэтрин сжала его руку.
Она хорошо знала, как важно для больного не падать духом, и решила всячески его подбадривать.
Хотя сама она не потеряла столько крови, сколько Майкл, однако чувствовала себя слабой, как новорожденный котенок.
Она пошла в комнату Майкла и взяла из ящика комода три письма, чтобы переписать адреса. Герцог Кэндовер-ский, граф Стрэтморский, граф Абердэрский. Кэтрин приподняла брови. Все из высшего света. Она догадалась, что эти трое - те самые Падшие ангелы, которых Майкл знал еще со школьной скамьи. Он называл их имена. Кажется Раф, Люсьен, Николас? Всю жизнь они были его друзьями. Как Кэтрин им завидовала!
***
Когда Майкл снова проснулся, Кэтрин рядом не было. Какая-то хорошенькая брюнетка робко держала руку на его плече. Через минуту он узнал в ней Элспет Мак-Леод, няню семьи Моубри.
- Привет, - пробормотал он.
- Доброе утро, полковник. Я принесла вам немного овсяной каши. Доктор Кинлок сказал, что вам надо побольше есть.
- Овсянка, - с отвращением прошептал Майкл. Но делать нечего. Все равно он пока не мог есть настоящую пищу.
Когда Майкл поел, Элспет помогла ему лечь и поправила одеяло.
- Признаться, не думала, что вы сможете выкарабкаться. Вы были почти мертвецом, когда Кэтрин вас привезла.
- Так это она меня привезла? - Майкл нахмурился, недоумевая. - А она сказала, что Кеннет Уилдинг.
- Да, но она была с ним. Из Ватерлоо, куда Кэтрин поехала за Чарльзом Моубри, они с капитаном Уилдингом отправились на поле боя. - Девушка передернула плечами. - Хорошо, что не я была на ее месте.
Майкл знал, насколько бесстрашна Кэтрин, и все-таки был поражен.
- Я и не думал, что обязан ей жизнью.
- Вот именно, - поддакнула девушка. - Вы потеряли много крови и едва не отправились на тот свет. Но Кэтрин удалось уговорить доктора Кинлока взять у нее кровь и перелить вам. Я помогала ему. В жизни не видела ничего подобного. И знаете, это вам помогло. Доктор Кинлок сказал, что иначе вы не выжили бы.
Майкл еще больше помрачнел.
- Ее кровь перелили мне? Каким образом?
- С помощью пары гусиных перьев кровь из ее руки перелилась в вашу.
Элспет поднялась.
- Я пойду, доктор не велел вас утомлять. Я еще ухаживаю за капитаном Моубри, так что дел у меня невпроворот.
После ухода Элспет Майкл чуть-чуть приподнял руку и принялся разглядывать ее в том месте, где пульсировала кровь. Теперь в его жилах текла кровь Кэтрин в буквальном смысле этого слова, и она стала ему еще ближе. Просто уму непостижимо! Да, Кэтрин и в самом деле святая, недаром ее так прозвали. Она мужественная, скромная и самая благородная женщина на свете.
Она сделала бы то же самое для любого своего друга, возможно, и для незнакомца. И все же сознание того, что она отдала ему свою кровь, глубоко тронуло Майкла. Теперь до конца жизни частица Кэтрин будет с ним. На глаза набежали слезы, и он смежил веки. До чего же он слаб, черт побери.
***
Граф Стрэтморский с взволнованным видом читал письмо, когда в комнату вошел лакей.
- Лорд Абердэрский прибыл, милорд. Я проводил его в гостиную.
Люсьен поднялся, чтобы приветствовать друга. Николас, со своей цыганской интуицией почуяв беду, приехал из Уэльса.
После обмена рукопожатиями Люсьен сказал:
- Я только что получил письмо из Брюсселя. Знаешь, Майкл тяжело ранен.
- Знаю. Мы с Клер видели списки раненых, - ответил Николас. - Вот уже несколько недель я не нахожу себе места от беспокойства, и Клер посоветовала мне отправиться в Лондон, потому что новости сюда приходят быстрее.
Люсьен протянул другу письмо:
- Его написала некая миссис Мельбурн. Этой весной Майкл жил у них в доме, а теперь она его выхаживает. У него появились шансы на выздоровление.
- Он упоминал Кэтрин Мельбурн в нескольких своих письмах. Ее муж драгунский капитан.
Читая письмо, Николас вдруг тихо присвистнул:
- Оказывается, пуля срикошетила о тот самый калейдоскоп, который ты много лет назад ему подарил!
- Воистину, неисповедимы пути...
- Слава Богу, что он был у Майкла с собой. - Николас нахмурился. Ясно одно, что если даже худшее не случится, его выздоровление будет долгим. Люс, у тебя связи. Помоги мне найти комфортабельную яхту.