- Ты хочешь сказать... - Люсьен поднял брови.
- Вот именно.
Николас аккуратно сложил письмо.
- Клер уже отдала мне приказ на марш. Я отправляюсь в Бельгию и привезу Майкла домой.
Глава 15
В двери комнаты Майкла просунулась темная головка Эми.
- Полковник, прочитать вам сегодняшнюю газету? - спросила девочка.
- Охотно послушаю. - Майкл улыбнулся.
Эми вошла в комнату и уселась, грациозно взмахнув юбками. С тех пор как вернулась из Антверпена Энн с детьми, в доме снова стало оживленно. Чарльз уже почти поправился, приехали многие слуги-бельгийцы.
Жизнь вошла в свое обычное русло для всех, кроме Майкла. Боль почти перестала мучить его, но силы возвращались медленно. И хотя доктор Кинлок уверял, что иначе и быть не может, потому что он потерял слишком много крови, от этого легче не становилось. Само сознание, что Кэтрин видит его в таком жалком состоянии, было нестерпимо. Не важно, что Кэтрин не влюблена в него, что относится к нему как сестра милосердия к больному. Все равно его мужская гордость уязвлена.
Он был слишком слаб, чтобы испытывать желание, но это даже радовало, теперь его чувства стали чисто платоническими. Он и не подозревал, как чиста и глубока его любовь к Кэтрин.
Эми читала сообщение о главных событиях, переводя с французского на английский. Майклу, хоть он и знал французский, воспринимать английский было легче. Кроме того, ему нравилось ее общество. Хорошо бы иметь такую дочь.
Девочка перевернула страницу.
- Вот замечательная история. Военный врач, барон Ларрей, француз, кажется, это он изобрел санитарную карету, да? Так вот, после Ватерлоо он попал в плен к пруссакам. Маршал Блюхер собирался его казнить, но немецкий врач, слышавший как-то лекцию барона, попросил Блюхера сохранить ему жизнь. Угадайте, что было дальше? - Она взглянула на Майкла сияющими глазами.
- Надеюсь, Блюхер передумал?
- Мало того. Случилось так, что сын Блюхера был ранен в схватке с французами, и не кто иной, как Ларрей, спас ему жизнь! Разве это не чудесно?
Она снова уткнулась в газету.
- И теперь маршал Блюхер отправляет барона Ларрея во Францию с прусским эскортом.
- Отличная история, - согласился Майкл. - Врачи всегда и везде нужны.
Эми уже свернула газету, когда в комнату вошла Кэтрин.
- Пора делать уроки, моя дорогая.
Скорчив рожицу, Эми присела в изящном реверансе.
- Рада была повидаться с вами, полковник Кеньон. До завтра?
- До завтра, мадемуазель Мельбурн. Спасибо, что навестили меня.
Эми улыбнулась, продемонстрировав ямочки на щеках, и с озорным видом вприпрыжку выбежала из комнаты.
- Бог мой, что делает Луи Ленивый в вашей кровати? - С напускной строгостью спросила Кэтрин.
- Спит, конечно. - Рука Майкла покоилась на спине собаки. - Что еще он может делать?
- Может есть. Иногда чешется. Круг занятий у него узкий.
Кэтрин потрепала собаку по шелковистым ушам.
- Я посижу здесь с вязаньем. Не возражаете? Это самая тихая комната в доме.
- Всегда рад вас видеть, если только вы в состоянии выносить мой сварливый характер.
- Напрасно вы так. Другой на вашем месте давно свихнулся бы от лежания.
Кэтрин села и достала из сумки вязанье. Теперь, когда забот у нее поубавилось, она часами молча просиживала возле Майкла, занимаясь починкой одежды или писанием писем. Ее присутствие действовало на него, как бальзам на раны.
- Я слишком слаб, а то продемонстрировал бы свой нрав. - Майкл поморщился. - Ведь только на прошлой неделе я снова научился связно говорить.
- Доктор Кинлок сказал, что вы поразительно быстро идете на поправку. - Кэтрин бросила на него острый взгляд. - Только не надо спешить, не то все испортите.
- Не могу же я вечно валяться здесь, словно тряпка, - возразил Майкл. - И злоупотреблять вашим терпением. Вам надо ехать в Париж, к мужу. Там куда веселее.
Она отвела глаза и сделала аккуратный стежок.
- Сегодня пришло письмо от Колина. Он пишет, чтобы я оставалась в Брюсселе, пока вы не поправитесь, поскольку обязан вам жизнью.
Майкл сжал зубы.
- Не могу же я без конца пользоваться вашей благотворительностью.
- Благотворительность тут ни при чем.
Она взяла другой моток шелковых ниток.
- Всю весну я развлекалась в Брюсселе и изрядно устала. Поэтому в Париж не спешу. К тому же Чарльз, как только уволится из армии, сразу уедет с семьей в Лондон. И когда я их снова увижу, одному Богу известно.
Майкл вздохнул. Хорошо, что он не обуза для Кэтрин, жаль только, что она потеряла к нему интерес как к мужчине.
В холле раздались чьи-то шаги, затем в дверь тихонько постучали и на пороге появилась Энн.
- Майкл, к вам приехал из Англии друг, вы в состоянии его принять? - И она отошла в сторону, пропустив Николаса.
- Боже мой, - оторопел Майкл. - Уж не сон ли это?
- И не надейся. Я тебя выследил.
Николас сжал руку Майкла. И в этом рукопожатии выразил все свои чувства, хотя тон у него, как всегда, был ироничный.
- Клер шлет тебе свою любовь. Если бы не ребенок, она тоже была бы здесь.
Майклу хотелось ответить поостроумнее, но ничего не приходило в голову, и он, проглотив комок в горле, сказал:
- Кэтрин, знакомьтесь, это Николас, граф Абердэрский.
Граф повернулся и дружески улыбнулся Кэтрин:
- Извините, я не заметил вас. Рад видеть легендарную Святую Катерину.
Очевидная привязанность Николаса и Майкла друг к другу заставила Кэтрин почувствовать себя одинокой и чужой. И вовсе не святой. Однако обругав себя за такую реакцию, она поднялась и выдавила из себя улыбку:
- Рада познакомиться. Как вам удалось так быстро добраться до Брюсселя?
- Хорошая яхта и отличный капитан. Граф снова взглянул на Майкла.
- За то и другое я должен благодарить Рафа. Он шлет тебе наилучшие пожелания и грозит пальчиком за то, что по собственной глупости ты позволил себя ранить.
Измученное лицо Майкла озарила улыбка.
- Зная Рафа, полагаю, что начать надо было не с пожеланий, а с укоров.
- Разве ты забыл, что я в высшей степени деликатен?
Абердэр вытащил из внутреннего кармана пальто серебряную трубку.
- Люсьен посылает ее тебе взамен сломанной.
- Она тоже принесет удачу?
- Готов биться об заклад, что да.