— И думать забудь! Ты защищала нас и не будь тебя рядом, меня бы уже не было в живых. Я от страха даже пошевелиться не могла, а ты стояла, смотря в глаза смерти и закрывала меня от неё. Какую-то девчонку, с которой ты знакома пару недель, ты защищала как родную сестру. Разве после такого можно считать тебя чудовищем, или вообще плохим человеком?
Речь девочки отвергнула все сомнения по поводу морали. Она действительно защищала их, и поступи она по-другому, то они обе были бы уже мертвы.
«…Защищала как родную сестру.» — мысль отдалась эхом в голове.
Точно, она ведь хотела спросить именно об этом. Могла ли она быть её сестрой?
— Я хочу рассказать тебе о том, что я прошла, о моём прошлом. Думаю, тебе можно рассказать.
— Конечно, говори.
— Не перебивай и слушай. — девушка приложила палец к губам, чтобы сделать акцент на тишине.
Алиса положила свои руки на колени и наклонилась чуть вперёд, показывая всю свою готовность и интерес. Девушка сделала глубокий вдох и собралась с мыслями.
— Как только мне исполнилось четырнадцать, моя привычная жизнь перевернулась с ног на голову, а точнее, она превратилась в ад. Моя мать тяжело заболела и вскоре умерла. Отец и раньше был неприятным человеком, но после этого он обезумел. Он забыл о том, что у него когда-то была дочь. Он перестал как-либо обо мне заботиться: перестал приносить продукты в дом, впервые, на четвёртое октября, я не пошла в школу, потому что у меня не было никаких школьных принадлежностей. Чтобы туда пойти, я стащила из его кабинета блокнот и карандаш. И тогда, впервые, он жестоко избил меня, назвав воровкой. В самой школе никто не обратил внимания на мою ситуацию. Меня постоянно отчитывали за отсутствие формы, канцелярии. Требовали, чтобы я убиралась с занятий, из-за неподобающего вида. Я молила. Молила их, чтобы они позволили мне остаться. Говорила, что моя мама недавно умерла, что у нас проблемы в семье. Никто меня не услышал, ни один человек меня не пожалел. После меня стали травить и бывшие друзья. Стали издеваться и избивать, специально отбирать, и так ворованные, вещи. От меня отвернулся весь этот грёбаный мир. И знаешь, что? Я не сдалась. Я ненавидела всех в округе, всё живое в этом мире. И эта злоба дала мне сил выжить. Я шла вперёд, просто потому что я приняла это всё как должное. Вся эта боль была моим другом, благодаря ей, я переродилась из пепла своих надежд. — Райя сделала небольшую паузу. Только девочка хотела что-либо сказать, как она продолжила. — Четыре долгих года я заботилась о себе сама. Грубая, злая одиночка, но при всём этом, я осталась человеком. Я воровала и грабила, но я это делала только тогда, когда не было другого выбора. И при всём этом, люди знали меня как честного человека, и пусть мне было плевать на их мнение, это грело мне сердце. Сегодня я окропила свои руки кровью. Пусть это было необходимо, но это теперь клеймо на всю жизнь. Убийца.
Алиса опустила глаза на свои колени. Руки были расслаблены. Она была потрясена услышанным.
«Райя. Она всю свою сознательную жизнь заботилась только о себе, но не потому что она эгоистка, а потому что не умела по-другому.» — Она хотела это сказать ей, но шок не отпускал. Вспомнилась сцена в лесу. Крики, кровь. Страх вместе с осознанием совершённого, окутал её. Она внезапно встала. Девушка всё молчала — ей самой было тяжело изливать душу. Девочка молча обняла Райю, усевшись ей на колени, и стала гладить её по голове, как тогда, когда она успокаивала её в лесу.
Сама же Райя и не пошевелилась. Глаза всё так же смотрели куда-то в пустоту.
— И всё же, в моей жизни был один просвет. Одно хорошее воспоминание. Когда мне было двенадцать, я сидела в своей комнате с какой-то девочкой и читала ей книгу. Мы вместе обсуждали что-то, но я никак не могу вспомнить, что же именно. Я думаю, что это была моя сестра.
— Сестра? — сказала Алиса, дрожащим голосом.
— Да. В эту же ночь её забрали какие-то люди. Они не украли её, не заставили. Она просто пошла с ними и не вернулась.
— Это…Грустно.
Сердце забилось сильнее. Она не помнила этого. Попытка провалилась.
«Может, я ошибалась?» — уже в панике подумала девушка, но разговор нужно было закончить.
— Дело в том, что эти осколки — принадлежали твоей матери. — Девушка показала искалеченную руку — Они — какой-то артефакт, и он не должен был принять меня. Только ты могла им пользоваться, Алиса. Ты её наследница и дочь.
— То есть, ты хочешь сказать, что… — девочка протянула и замолчала.
— Я — твоя сестра, Алиса.
Её вдруг осенило. Девочка вспомнила. Всё вспомнила. Её лицо шесть лет назад. Той девочки. Райи. Она действительно её сестра. В тот вечер она рассказывала ей историю из книги, зачитывала какой-то стих. Она помнила каждое слово.