Грудь сжало, и дышать стало трудно.
— Это была бы прекрасная жизнь.
— Может, поговоришь с ней о хороших воспоминаниях? Ей нужны люди, с которыми можно вспоминать Джейса.
— Я смогу.
Как бы тяжело ни было вести такие разговоры, ради Кей я справлюсь. Ради бесконечной поддержки, которую она всегда мне дарила. И ради ее удивительного сына, который так хорошо меня любил.
Джилли поднялась и взяла торт.
— Отнесу его в дом и посмотрю, не нужно ли Кей что-нибудь.
— Позвони, если понадобится помощь.
Она слабо улыбнулась.
— Ты же знаешь, я чертовски хорошо умею о себе заботиться.
Это было правдой. Джилли была настоящей силой природы и могла добиться всего, что задумала. Но даже ей порой требовалась поддержка.
— Тогда просто предложу тебе дружескую компанию.
— От нее я никогда не откажусь, ангелочек.
Она наклонилась и поцеловала меня в щеку.
— Езжай осторожно. Кажется, скоро пойдет снег.
Я посмотрела на серое небо и глубоко вдохнула. В воздухе пахло снегом. Я была к нему готова. В этом году выпадало всего несколько сантиметров, и каждый раз снег таял меньше чем за неделю.
— Осторожность — мое второе имя.
Джилли фыркнула и махнула мне рукой.
Я направилась к внедорожнику, но движение над гаражом привлекло мое внимание. Дрогнули шторы. Наши с Сереной взгляды встретились. Ее губы были плотно сжаты. Через мгновение она отпустила занавеску.
Черт. Интересно, как она умудрится сделать виноватой меня? На брата Серена долго злиться не станет. Каким-нибудь образом все это снова окажется на моих плечах.
Я открыла дверь внедорожника и забралась внутрь. Гизмо поднял голову. Завернувшись в одеяло, он с удовольствием грыз свою палочку.
Я повернулась и почесала его за ушами.
— Как насчет маленького приключения?
Он лизнул мою руку.
— Именно это я и надеялась услышать.
Я достала ключи и завела двигатель. Знакомое ощущение, будто я не помещаюсь в собственной коже, вернулось. Нужно было выпустить наружу хотя бы часть эмоций, бурливших внутри. В юности я бы, наверное, отправилась на пробежку. Но теперь тело этого не выдержало бы. Мне требовался новый способ. Единственное, благодаря чему я снова чувствовала себя увиденной.
Я выехала с ранчо Грейнджеров и направилась к горам. В пасмурном свете они казались серо-лиловыми. Их суровые заснеженные вершины были именно тем фоном, который мне сегодня требовался.
Я свернула с главной дороги и поехала вдоль южной горы. Через несколько поворотов нашла нужное начало тропы и припарковалась. На стоянке стояла лишь одна машина — знакомый пикап, который я видела бессчетное количество раз.
Стоило мне выйти из внедорожника, как появился его владелец. Я помахала.
— Привет, Бретт.
Он улыбнулся.
— Привет, Лейкен. Решила прогуляться после обеда?
Я кивнула.
— Похоже, ты тоже.
— Хотел немного размяться перед сменой.
— Точно, слышала, теперь ты помощник шерифа Уильямс.
Его щеки слегка порозовели.
— Выходит, так.
— Поздравляю. Это замечательно.
Он переступил с ноги на ногу и опустил взгляд на походные ботинки.
— Мне правда очень жаль Лисбет. Она была хорошим человеком.
Горло обожгло.
— Да.
И мне не следовало позволять нашей дружбе разрушиться. Я подумывала найти Марису и узнать, как она. Но в памяти до сих пор звучал наш последний разговор, когда мы обе наговорили друг другу жестоких вещей.
— Через несколько дней ее родители устроят здесь прощальную церемонию. Увидимся?
Меньше всего мне хотелось снова сидеть в церкви в черном платье. Слушать тихие всхлипы и громкий плач.
— Увидимся.
Бретт кивнул и направился к своему пикапу.
Я застегнула куртку повыше, потому что на высоте холод ощущался сильнее, и достала снаряжение из багажника. Я проигнорировала протест спины, когда закинула на плечи рюкзак. Потом надела переноску для Гизмо. К тому моменту, как я открыла заднюю пассажирскую дверь, он уже приплясывал от нетерпения.
Я подняла его и усадила в приспособление, которое, кажется, вообще-то было создано для младенцев.
— Ты же знаешь, я ни за что не оставлю тебя без приключения.
Он лизнул меня в подбородок.
Я рассмеялась. И, черт возьми, как же приятно это было. Гизмо всегда умел лечить мне душу.
Я пошла вверх по тропе, радуясь, что не придется ни с кем столкнуться. В три часа дня посреди зимы это место точно будет только моим. Я растворилась в ритме собственных шагов по утоптанной земле и в звуках природы.