Я был бы не против хорошей метели. Пичес никогда не видела снега. В голове возник образ: мы с Лейкен свернулись на диване перед камином. Я поспешно прогнал его.
Когда я завернул за угол, Хейз поднял руку в приветствии.
— Здесь лучшие бургеры и начос, о которых только можно мечтать.
— Звучит многообещающе.
— Рад, что ты написал.
Я пожал ему руку.
— А я рад, что ты принял мою взятку.
Он усмехнулся.
— Осторожнее с такими словами в присутствии шерифа.
— Если посадишь меня в камеру, сомневаюсь, что моя собака внесет залог.
— Кости в качестве оплаты мы не принимаем.
Я открыл дверь и придержал ее для Хейза.
— Значит, придется вести себя законопослушно.
— Похоже на то.
Хейз улыбнулся женщине за стойкой.
— Привет, Кэмми. Столик на двоих найдется?
— Конечно. Даже кабинка... — Ее голос оборвался, когда она заметила меня рядом с Хейзом. — О боже. Не может быть. Вы... вы...
— Мой друг, который старается не привлекать внимания и держаться подальше от любопытных глаз, — закончил за нее Хейз.
Глаза Кэмми оставались широко распахнутыми, но она закивала.
— Поняла. Совершенно секретно.
Она едва не подпрыгивала от возбуждения, но говорила почти шепотом.
— Тот фильм, где вы снимались с Авой Арндт... Я, наверное, смотрела его миллион раз. Знаю наизусть.
Я протянул ей руку.
— Приятно познакомиться, Кэмми. Думаю, смогу раздобыть сувениры со съемок. Например, плакат. Подпишу его для вас и попрошу Хейза передать.
Она тихо пискнула.
— Это было бы потрясающе. Просто потрясающе.
— С удовольствием. И спасибо, что сохраните мой секрет. Если сюда нагрянут папарацци, мне, скорее всего, придется вернуться в Лос-Анджелес.
Кэмми энергично покачала головой.
— Ни одной душе не скажу. — Ее щеки порозовели. — То есть расскажу всем и каждому, но только после вашего отъезда. Клянусь.
Я усмехнулся, но ее слова неприятно царапнули. Мне не хотелось уезжать. Вулф-Гэп с его бескрайними пейзажами и умиротворяющим воздухом становился похож на наркотик.
И дело было не только в городе.
Перед глазами возникло расслабленное во сне лицо Лейкен. Когда она перекатилась на меня, я часами наблюдал за ней. Как волосы у лица колышутся с каждым вдохом. Как под веками двигаются глаза.
Мне не хотелось упустить ни секунды ощущения, когда она лежала в моих объятиях.
И я хотел большего.
— Спасибо, Кэмми.
Она жестом пригласила нас пройти.
— Я подготовлю столик в углу. Там перегородки, поэтому вас никто толком не увидит. И обслужу сама, чтобы остальные официанты вас не заметили.
Хейз похлопал ее по плечу.
— Я знал, что на тебя можно положиться.
Мы устроились в кабинке, а Кэмми поспешила принести нам по стакану колы. Хейз наконец выпустил наружу смех, который явно сдерживал.
— С тобой всегда так?
— В Лос-Анджелесе не совсем. Люди обращают внимание, но стараются делать вид, что им все равно. Так лучше. Честнее. Я предпочту, чтобы ко мне подошли и заговорили, а не украдкой фотографировали, пока я не смотрю.
— Наверное, ужасно выматывает постоянное ощущение, что за тобой наблюдают.
Я пожал плечами.
— Это цена за возможность заниматься любимым делом.
Кэмми поставила перед нами стаканы.
— Уже решили, что будете заказывать, или нужно время посмотреть меню? — Она улыбнулась. — Ему точно не нужно. Бургер или начос?
— Когда-нибудь я тебя удивлю, — сказал Хейз. — Возьму бургер.
— Закажешь что-нибудь другое — я упаду в обморок.
Именно этого мне не хватало в Лос-Анджелесе. Атмосферы маленького города, где все друг друга знают. Простого уюта, когда человек помнит твой обычный заказ лучше собственного имени.
— Мне тоже бургер. Средней прожарки, с американским сыром.
— Уже несу.
Она развернулась и направилась на кухню.
— Так ты просто скучал или пригласил меня на обед с определенной целью? — спросил Хейз.
Не было смысла ходить вокруг да около.
— Я беспокоюсь о Лейкен.
Хейз выпрямился.
— В каком смысле?
— Если кто-то охотится на людей, которые попали в ту аварию, кто присматривает за ней? В галерею может войти кто угодно. Весь день. А ночью? Не похоже, что в здании хоть сколько-нибудь надежная охрана.
— Мои сотрудники регулярно проезжают мимо. Поэтому я знаю, что прошлой ночью ее машина туда не вернулась. Один из моих людей видел, как она ехала за тобой к Рэмси.