– Господи, мы взлетим или нет, – сжал подлокотник кресла Дима.
– Все будет в порядке, – спокойно, чуть ли не по слогам, произнесла Катя. – Лиля найдется, и все будет хорошо.
Дима благодарно пожал Катину ладонь.
Они очень сблизились за это время. Пока обезумевший Димка бродил по сети в желании отыскать ответы на свои вопросы, Катя сидела рядом. Иногда вставала, чтобы принести что-нибудь пожевать, и удивительно как, но уговаривала его проглотить кусочек, спокойно подливала в чашку свежий, прекрасно сваренный кофе. Когда Дима поговорил с Тамарой в третий раз, он совсем скис, проклиная обстоятельства и сетуя на то, что сейчас не в силах предпринять хоть что-то, Катерина подошла к нему, стоящему около бассейна, встала рядом. Он обнял ее за плечи, чтобы почувствовать, что он не один, и как-то само собой начал рассказывать о Лиле. В этом рассказе было столько любви и боли, столько страха не встретиться, не найти ее, что у Кати разболелось сердце, и только боязнь напугать и расстроить Диму еще больше заставляла ее сдерживать готовые пролиться слезы. Катерина стояла, не шевелясь, слушала и думала о том, что Димка рассказывает все это не ей, он пытается заговорить судьбу, словно его слова имеют волшебную силу и не дадут погибнуть Лиле, прорвут пространство и окутают, спасут, защитят.
Когда Дима замолчал, резко оборвав фразу, Катя, набравшись смелости, спросила:
– Ты познакомишь нас?
– Познакомлю! – он улыбнулся через силу. Не успокаивая и не говоря банальностей, Катя одним своим вопросом дала ему понять, что уверена в счастливом исходе дела. Она верила, что все будет хорошо, и в один морозный зимний день они соберутся все вместе, с Лилькой, будут гулять и смеяться над Димкой, который так трясся от ужаса на далеком побережье. И частичка этой веры передалась ему и помогла пережить ночь, хотя оба не спали. Катя подспудно боялась, что что-то случится, и все время просыпалась от малейшего шороха. За стеной бродил Димка, то и дело говорил по телефону с Москвой. Там тоже не спали, там тоже волновались...
Дима думал, что не расклеился благодаря двум женщинам: Кате и Тамаре. Тамара держалась с таким достоинством, умудряясь успокаивать свою внучку, мать Лили, и его – невменяемого.
– Почему она туда поехала? – совершенно бессмысленный вопрос, но ему необходимо было знать.
– Дим... Ты же знаешь, она всегда стремилась сделать что-то серьезное, – ответила Тамара.
– Но ведь раньше...
– Так совпало. Мы уехали все скопом, ты уехал... Она бы не поехала, если бы хоть кто-то был в городе, пришлось бы объяснять, а врать она не любит.
– Ну да, умолчание и ложь – разные вещи, – невесело хмыкнул Дима.
– Неважно! Она не собиралась ехать. Мы с ней на эту тему говорили, в прошлый вторник... А потом, стечение обстоятельств, и мы уехали, и ты… Она не могла упустить такой шанс. Лиля должна была вернуться в понедельник. Мы возвращались в четверг, ты не раньше среды. Она бы рассказала, но постфактум. Кто же знал...
Его прошиб холодный пот. Она пришла к нему во вторник. Случайно или нет? Или тогда уже решила и хотела... Нет, не может быть! И звонила последний раз уже оттуда, из этого города с труднопроизносимым названием, а он еще постарался быстрее свернуть разговор! А потом они хохотали с Катериной, а в это время Лилька уже попала в беду! Если бы он не уехал! Если бы он только остался, если бы он выпер на этот чертов Таиланд Андрея! Ничего бы этого не случилось, и Лилька бы сейчас сидела дома, пила чай, смеялась, и все было бы благословенно хорошо.
Он был виноват, это все из-за него... Опять! И опять к чувству собственной вины примешалось возмущение: не только из-за него самого, еще и из-за Андрея. Если бы не он!
Какими смешными казались Диме сейчас проблемы и Кати, и Андрея. Фил! Да поговорить с ним один раз серьезно, навалять так, чтобы не встал, не играть в благородство, и этот скользкий червь испугается и не сунется больше к Кате! Ерунда, а не проблема, а Андрей-то всполошился! Привык жить в своем болоте, в тепличных условиях. Разве у него – проблемы? Вот то, что случилось с Лилей, по-настоящему страшно. Ужасно. Невероятно.