– Во-первых, я хочу прояснить вопрос со Стародубцевой. Это была моя ошибка, не рассказать вам всего. Каюсь.
Синельников пожал плечами.
– Ситуация достаточно деликатная. Екатерина Витальевна попросила у меня помощи. Филипп Александрович считает, что он имеет право вымещать свое плохое настроение на женщинах. У них завязались серьезные отношения, гхм, и по мнению Филиппа это давало ему право распускать руки. Я узнал... пообещал Кате… Екатерине Витальевне свою защиту. Я хорошо ее знаю и доверяю ей на все сто...
– Я понял, и мы учтем это в нашей работе, но, Андрей Олегович, то, что вы ей доверяете, не значит, что я должен ей доверять. Вот когда мы проверим и перепроверим все, снимем все подозрения, вот тогда и поговорим. Пока я не имею права, как профессионал не имею, исключать Стародубцеву из числа подозреваемых.
– Хорошо, – Андрей помолчал, обдумывая слова Федора, – продолжим. Такое название, как «Фальстаф», вам ни о чем не говорит?
Синельников в задумчивости потирал лоб:
– Нет, ничего...
– Странно, не правда ли, учитывая, что до того, как Филипп Александрович покинул место вице-президента «Пирамиды», мы с этой фирмой активно сотрудничали, мало того, она была в числе одних из самых крупных партнеров. Поверьте, Федор Геннадьевич, я знаю всех игроков на рынке, а вот о «Фальстафе» ни разу не слышал. Я не поленился, поднял первичку. Договора на редкость размытые, и я не понимаю, как юридический отдел их завизировал. Хотя есть предположения... Вам надо объяснять, что это за фирма-призрак и почему она пропала с нашего горизонта вместе с уходом Иванова?
– Я могу сам вам объяснить, – раздраженно ответил Федор. Он чувствовал себя уязвленным. Он-то считал, что все под контролем, и пусть система откатов имеет место быть, но находится в неких рамках приличий. Сейчас же, просматривая документы, тщательно подобранные Андреем, он прикидывал размер денежных потоков, которые Иванов мог перенаправить. Синельников фыркнул, как большая собака, взявшая след. – Все до противности просто. Клиент приходит к нам, ему говорят, что у нас максимальная скидка десять процентов, но есть фирма, которая даст ему двадцать процентов. А на самом деле мы могли бы дать и тридцать, и сорок... Далее, клиент оформляет заказ в подставной фирме – в «Фальстафе» этом, – Федор с явным усилием сдержал желание одарить данную контору нецензурным эпитетом. – Приходит он в «Фальстаф», те ему дают двадцать процентов. Клиент рад-радешенек, и не подозревает, что «Фальстаф» через нас размещает со скидкой заказ до сорока процентов... Разница идет в карман руководству «Фальстафа».
– Все правильно, Федор Геннадьевич, все правильно. И я поставлю что угодно на то, что фирмочка эта детище Иванова. Он, конечно, аккуратен, и вряд ли мы сможем что-то сейчас доказать. Столько времени прошло, но вы должны найти доказательства, что это не мои домыслы.
– Но... хорошо, – для Федора это становилось делом чести. Его предали! Он так доверял Филу! Может, чуть меньше, чем Олегу, но достаточно для того, чтобы не проверять те фирмы, с которыми сотрудничал Иванов, если не поступало других распоряжений.
– Наверняка остался и у нас кто-то посвященный, не может быть, чтобы Фил крутил такие дела в одиночку. Посмотрите, кто уволился вместе с ним…
– Андрей Олегович, – отчеканил Синельников. – Я понимаю, что, коль скоро вскрылись такие факты, у вас есть право сомневаться в моей компетентности, но тем не менее дело я свое знаю хорошо. Я все сделаю.
– Я не хотел вас обидеть, – Андрей сел за стол, сцепил руки в замок. – Дайте распоряжение Иванова на порог «Пирамиды» не пускать.
– Самой собой, – Синельников сделал несколько пометок в блокноте тонко отточенным простым карандашом. – Это все?
– Нет, мне нужна вся отчетность, вообще все, что вы сможете достать по «Альфа Моторс». Подключите наших в налоговой, платите столько, сколько запросят, тем, кто захочет продать информацию в фирме Фила. Зная его, я надеюсь, у него достаточно врагов и в близком окружении. Подсуньте ему секретаршу какую-нибудь или бухгалтера. Мне надо, чтобы в «Альфе» были наши люди...
– Что-то сможем узнать ко вторнику... Остальное требует времени.
– Хорошо, давайте начнем, а там посмотрим.
– Я могу узнать, зачем вам все это? – спросил Синельников. – Информация стоит денег, ровно как и шпионаж, тем более с таким размахом.