Сексуальный опыт Кати был скромен. Как-то так получалось, что до окончания школы ее голова была забита учебой и различными увлечениями, в число которых мальчики не входили.
Летом, поступив в институт, она уехала к бабке в деревню. Там новообретенные подружки далекого детства постарались просветить ее на тему межполовых отношений, почти без перерыва рассказывая о своих похождениях. Слушая их, Катя решила, что была совершенно права, оставив вопрос потери девственности на неопределенное «потом».
«Потом» наступило на первом курсе института. Первая «взрослая» встреча нового года переросла в банальную попойку: большинство собравшихся тогда на вечеринке пить не умели. Уже к двум часам ночи почти все спали вповалку – кто где. Утром Катя проснулась с гудящей головой. Клятвенно пообещала себе больше не пить ничего крепче вина, да и то обходиться бокалом, а лучше половиной. Повернув голову, она встретилась глазами с однокурсником – Петькой.
Он обнял ее, она его не оттолкнула, он стал расстегивать ее блузку, она его не остановила…
Все произошло в полной тишине и оставило после себя только недоумение: «И почему столько разговоров о сексе?». Тогда Катя не чувствовала ничего, кроме тупой головной боли и желания, чтобы все кончилось как можно быстрее. Но тем не менее, она не жалела об этом эпизоде, хотя и вспоминать не любила. С Петькой они умудрились остаться друзьями, и именно Катя невольно посодействовала его знакомству с одной из своих приятельниц, за что и была вынуждена выступать в роли свидетеля на их свадьбе.
И был в ее жизни еще один эпизод, в Бонне, где Катя проходила стажировку. Там к ней прицепился Ганс – абсолютно хрестоматийный ариец с нордическим занудством и вылинявшей внешностью. Он обхаживал ее нахраписто, и Катя согласилась с ним провести ночь: может от жалости, а возможно, подозревая, что другими способами от него не избавиться. Ганс был упрям, и свидания повторились еще несколько раз, принеся удовольствие только настырному немцу, но никак не Кате...
Но разве можно было сравнивать тех двоих с Филом, который сейчас за руку вел ее за собой по резной старинной лестнице, на второй этаж, где разместились несколько номеров для путников, решивших отдохнуть часок-другой…
«Какой он внимательный! – думала Катя. - Не поленился заказать номер заранее...»
«Как хорошо быть постоянным клиентом…», – размышлял Фил.
Он открыл дверь магнитной картой, подхватил Катю на руки и опустил на кровать в облако лепестков роз. У Катерины перехватило дыхание. Шторы были задернуты, и Фил зажег свечи, стоявшие около кровати.
Если бы Катю спросили про то, как она представляет идеальное свидание, то она, почти не задумываясь, описала бы сегодняшний день: неожиданный звонок, прогулка, поцелуи и разговоры, легкий обед, старинный особняк, в который Принц приводит свою Принцессу, свечи, аромат роз. Это было так романтично, так изысканно красиво, что Катерина, в порыве чувств, прижалась к Филу и прошептала куда-то в его плечо: «Спасибо». Они лежали рядом, Фил гладил ее по бедру, шептал на ухо нежности, и Катя впервые почувствовала собственное желание. Впервые ей сознательно хотелось продолжения, хотелось узнать – как бывает с тем, кого… любишь.
Она легла так, чтобы видеть его лицо и, краснея от собственной смелости, спросила: «А что мы будем делать?». Он не ответил, перевернул ее на спину, и, глядя в глаза, стал пуговка за пуговкой неторопливо расстегивать ее рубашку.
Фил впитывал ее испуг и ее предвкушение, купался в ее эмоциях, наслаждался своей властью над ней. Он мастерски избавил ее от одежды, виртуозно высвободился из рубашки и джинсов сам, не забыв достать и кинуть на тумбочку металлизированную упаковку с презервативом. Раздев Катю, оценивающе провел пальцем по нежной коже: щека, шея, грудь, ущипнул легонько за сосок и спросил:
– У тебя был кто-то до меня?
– Да, но очень давно и… вообще это не считается, – ответила она
Его руки были нежными и смелыми, и Катя радостно отдалась на волю победителю. Он был искусным любовником, но в первую очередь он думал о себе и о собственном удовольствии. Это настолько вошло в его натуру, что по-другому он уже не мог, не знал – как.