– Что ж, – сказал он задумчиво, когда она закончила и перевела дух после выступления. – Ты, оказывается, вот какая…
Он не стал комментировать ее слова, он не стал ничего говорить, ничего обещать или пугать. Вечером они выбрались, впервые за несколько дней, на вечеринку. Катя с ужасом ждала, что Фил опять станет игнорировать ее, показывая, что на ее место всегда найдется прорва желающих, но он был мил, весь вечер держал ее рядом с собой, представлял даже с некоторой гордостью. Все было бы великолепно, если бы она вдруг не услышала слова, явно не предназначающиеся для ее ушей.
Она отошла в туалет, вернулась и неслышно опустилась рядом с Филом. Он ее не заметил, был увлечен разговором с соседом, неприятным молодым человеком с землистым, одутловатым лицом и тучной фигурой. Толстяк все время вытирал испарину на лысине и неприятно шарил глазами по залу. Катя прислушивалась, и сперва никак не могла понять, о чем они говорят, а потом смысл постепенно дошел до нее. Она, не желая слышать, что скажет мужчина Филу, отодвинулась, а потом сорвалась с места и кинулась к выходу.
Фил только что предложил этому уроду заняться групповым сексом… Дико, невероятно, и… нереально. Он предложил использовать ее, как… как вещь?
На улице ее чуть не вырвало от одной мысли, что ее будет кто-то лапать, кто-то незнакомый, похотливый, мерзкий, а Фил будет на это смотреть или… в это же время развлекаться с другой. Катерина тяжело дышала, пытаясь подавить рвотные спазмы, хватаясь за горло.
Нет, не может быть, она что-то неправильно поняла!
Когда они ушли из клуба, она все прокручивала варианты вопросов. “Ты хочешь устроить групповуху?” – звучало пошло и глупо, было немыслимо заставить себя произнести это.
А что дальше? Наркотики – для более яркого оргазма? Свинг – с обязательным обменом партнерами? Съемка домашнего порно? Что дальше?
Она никого не осуждала – каждый развлекается, как хочет, но ей – ей-то это все претило, было противно! Она-то этого не хотела!
Фил выругался чуть слышно, ударил по рулю: они попали в пробку, судя по всему, произошла авария и вдали мигали огни скорой и милиции. Катя вынырнула из маслянистой жижи размышлений, посмотрела на Фила.
Он сидел, сведя брови и нервно барабаня по рулю: Фил ненавидел ждать и всегда злился в подобных ситуациях. Катя успела уже выучить, что его бесит больше всего, что просто злит, а что оставляет равнодушным. Но даже когда он злился, он был чертовски, нереально красив. Он был настолько красив, что у нее иногда перехватывало дыхание. Губы, глаза, нос, овал лица, прическа – все было совершенно, так и хотелось провести рукой по его щеке, чтобы увериться, что он – не выдумка, а живой человек, ее мужчина. Волна нежности накатила на Катю. Нет, ей показалось, не мог Фил говорить о таком! Она просто не разобралась: пришла в середине разговора, да и музыка гремела, и она слышала с пятого на десятое.
Фил почувствовал, что Катерина пристально смотрит на него, повернулся, улыбаясь, и Катя довольная, улыбнулась в ответ. Он наклонился и поцеловал ее.
И до вечера Катя пребывала в блаженной уверенности, что все будет хорошо.
А вечером он сам заговорил о том, что здорово для разнообразия пригласить кого-нибудь еще:
– Ты кого хочешь, мальчика или девочку?
Катя попробовала отшутиться:
– Я слишком тебя люблю и ревную! И к мальчикам, и к девочкам!
– Вот как... – задумчиво протянул он.
И вот наступило сегодня – вечер пятницы. Катя наплела что-то родителям про краткосрочную командировку и, собрав вещи, переселилась к Филу до вечера воскресенья.
Она сразу заметила, еще когда он забирал ее с работы, что он взбудоражен, нервничает чуть больше обычного, но списала все на обычную усталость.
Они провели чудеснейший вечер: фондю, немного вина, камин, трогательные старинные итальянские песни. Катя разомлела и почти уснула, когда Фил (на часах было около двенадцати) потряс ее за плечо:
– Кать, ты не хочешь в душ?
– А надо? – спросила она сонно. – Сейчас… и спать?
– Спать? – он засмеялся. – Спать рано, отоспимся… в воскресенье. Мы ждем гостей.
– Гостей? – к ним еще никогда не приходили гости. – Так поздно? Уже ночь…
– Ночью все самое интересное и происходит. Ты разве не заметила?
Вся дремота вмиг улетучилась:
– Я не понимаю…
– Иди в душ, – более строго сказал он. – Или мне надо просить дважды?
Она тряхнула головой и послушно побрела в душ. Намыливаясь купленным им для нее гелем для душа с удивительным ароматом лимона и зеленого чая, она никак не могла успокоиться. На этот раз все правильные фразы и объяснения, все оправдания не действовали: ей было страшно до ужаса.