Он взял ее лицо в ладони, пристально вглядываясь в глаза:
– Если хочешь, сделаем вид, что ничего не было. По крайней мере, я не собираюсь использовать... это... в своих целях. Хорошо?
– Да, – он явственно услышал вздох облегчения, и обида ударила под дых, но он справился.
– Вот и славно. Давай позавтракаем, и я отвезу тебя домой. Договорились?
– Да, договорились.
Этот завтрак был не похож на вчерашний. Какие бы меморандумы ни были озвучены, но Андрей чувствовал кожей, как была напряжена его гостья. Он не замолкал ни на минуту, рассказывая всякую ерунду про работу, про путешествия, про Африку и про сафари, умалчивая, что ездил туда с Алиной. Он перескакивал с темы на тему: только что говорили про льва, и вот уже про нового логиста, который «умный, зараза, но ведь пьет почище сапожника!» Он говорил легко и непринужденно, успевая давать Катерине, помогающей ему, распоряжения. И когда они сели за стол, Катя отважно встретилась с ним глазами. Вот и ладушки. Хоть что-то. Но в тот самый момент, когда он позволил себе немного расслабиться, раздался звонок в дверь...
27
Боль в разбитой губе раздражала. Даже покурить нормально не получалось, что за... Фил сморщился и устало откинулся на спинку удобного вольтеровского кресла. Суббота прошла на редкость бездарно, и даже то, что началась она с драки с Гриневым, дело меняло мало.
Когда Андрей уехал, первым порывом Фила было понестись за ним следом, вломиться к нему домой и силой увести Катю. Но... это было неразумно. Это было стратегически неверно, поэтому он успокоился, выпил немного коньяка, промыл ссадины и раны, а потом устроился в этом самом кресле и стал думать.
То, что Катя побежала к Гриневу, его и удивило и разозлило. Все, что по праву принадлежало Филу, всегда очень интересовало Андрея. Алина, пост директора, Катя... Неужели Гринев польстился на его Катерину? И когда, интересно, он ее разглядел? Только когда узнал, что она принадлежит ему, Филу, или раньше?
Злость клокотала в грудной клетке, требуя выхода. Думать, сидя дома, не получалось. Он поехал в казино к своему старому приятелю. Гарик, чудом выживший в девяностые, несколько раз подстреленный, несколько раз отсидевший, несколько раз разорившийся, ныне являлся уважаемым бизнесменом, отрастил брюшко, носил скромные, а оттого особенно дорогие костюмы, пил исключительно «Эвиан» и пропагандировал каббалу, правда, достаточно ненавязчиво.
– Привет, мой юный друг, – поприветствовал Гарик старого друга.
– Привет, уже на посту?
– Еще на посту, – поднял палец вверх Гарик. – Это там, у вас, утро, а тут, в нашей пещере, вечная ночь. – А ты зачем пожаловал? И почему вид такой хмурый? – приобняв Фила за плечи, Гарик повел его в свой кабинет. Кабинет был образцом хорошего вкуса: ничего лишнего, никакой лепнины и позолоты, ни намека на то, что у хозяина за спиной только неоконченная школа.
Налив в свой бокал минералки и плеснув коньяка гостю, Гарик удобно устроился за столом.
– Рассказывай.
– Ты бы завел себе кушетку и деньги брал. За психоанализ, – Фил попробовал коньяк, прикрыл глаза, причмокнув.
– Когда ты приезжаешь сюда, значит дела у тебя совсем хреново. Бизнес?
– Нет, – ухмыльнулся Фил. – Старею, наверное. Баба...
– Баба довела тебя до того, что ты в субботу утром приехал просаживать деньги в казино? – хохотнул Гарик. – Это что же происходит? Слишком спокойно стал жить? Вот когда, – ответил он сам, – трясли вашего брата за жабры, когда все время предприниматели, мелкие и не очень, жили, ожидая бравых бригадиров, вот тогда не до баб было! А вы все – неженки!
– Наверное, ты прав...
– Да нет, я так, придуриваюсь, – Гарик ослепительно улыбнулся недавно приобретенной голливудской улыбкой. – Тебе жениться надо, Фил. И это серьезно. Мужик без семьи в твоем возрасте – это неправильно. Ты можешь любовниц менять, но семья должна быть. Наследник.
– Зачем?
– Чтобы был смысл жизни, – ответил Гарик серьезно. – ты знаешь мне уже сколько? А моему пацану скоро четыре. Поздновато я, так ты не повторяй моих ошибок! Жена, конечно, дура, хоть и с двумя высшими, но да не беда. Конечно, мы с ней года два притирались, а теперь все тип-топ. А уж ты-то Фил... – Гарик развел руками. – Ты же всегда умел женщин в узде держать.