— Неважно, каковы мои мысли. — Он покачал головой, и на его лице не было ничего фальшивого. — Ты королева. Решение в конечном счете за тобой, и ты сделала лучший выбор в тот момент.
— Ты думаешь, мне следует передумать в какой-то момент? — она прищурилась на него, ожидая хоть чего-нибудь от него. Она любила Дастина за его уравновешенность и способность мыслить поверх засоренных эмоций. Кроме моментов, когда она хотела точно знать, о чем он думает. — Значит, ты все-таки считаешь, что я приняла неверное решение.
— Дело не в том, что, по-моему, ты должна или не должна делать, Фиби. — Дастин прикоснулся губами ко лбу прямо над ее Знаком. — Иногда нет правильного или неправильного ответа. Есть просто то, что есть, и ты должна принять решение и ждать, чтобы увидеть исход. У тебя уже есть ответы в голове. Я вижу, от чего ты сейчас отвлекаешься.
— Тогда помоги мне ясно увидеть. — Ее мольба была хрупкой и надломленной, слезы грозили пролиться. — Не дай мне утонуть.
Дастин нахмурился, быстро моргнув, словно она ударила его. Она не имела в виду это как нападение, но это то, что она чувствовала, и он должен был знать.
Она может быть королевой, но он тоже король.
— Я думаю… — Его глаза метались по ее лицу. Он вздохнул, качая головой. — Я думаю, ты знаешь, что сохранять нейтралитет — не выход. У тебя есть уважение к людям не только в наших границах, но и по всему миру. Если бы не было, ты бы не игнорировала просьбы Совета обновить договоры со странами, исторически известными угнетением людей.
— Я также видел твой запрос от нашего разведчика в Эльдамайне. — Его губы сложились в грустную улыбку. — Ты просила их сообщить о человеческих жертвах от атаки — не о каких-либо других.
Фиби прикусила внутреннюю сторону щеки, отводя взгляд. Ей было нечего сказать, потому что он был прав.
— Нельзя защитить смертных, защищая только одну страну. — Дастин потянулся за тростью, отпуская Фиби, прочистил горло и выпрямил спину. — Я хочу, чтобы ты также подумала, доверяешь ли ты обещанию Галлуса. Он вполне может манипулировать тобой.
Теперь настала очередь Фиби отшатнуться от его слов. Он устремил на нее всепонимающий взгляд.
— Да брось, Фиби. — Дастин вздохнул, его плечи обмякли. — Я люблю тебя, и знаю, что ты жаждешь его признания и принятия, но это не способ его получить. Галлус опоздал на тридцать пять лет, и Бог не меняется в одночасье. Особенно на пороге войны, за которую он ответственен.
— Я оставлю тебя с Советом. Помни, шаг за шагом. Сначала тебе нужно поговорить с Астерией и Каррафимами и посмотреть, что они предложат для защиты людей здесь. Мы оценим лучший ход оттуда.
Фиби ответила на быстрый поцелуй Дастина как раз в тот момент, когда двустворчатые двери в Зал Совета мягко распахнулись. Он подмигнул ей ободряюще, прежде чем выйти.
Как только его фигура исчезла за поворотом, члены Совета один за другим вошли в зал и поклонились, проходя мимо нее к своим стульям. Последнее, что ей хотелось делать сейчас, — это говорить с членами Совета о произошедшем.
Совет теперь едва воспринимал ее всерьез, и ей приходилось представлять эту неудачу как нечто преднамеренное.
Фиби чувствовала себя слабой из-за своего решения, ей следовало сделать что-то большее. Быть побежденной Эндорой и Кейном, видеть Дастина болтающимся между ними, было ударом тяжелее, чем приказ Галлуса отступить.
— Ваше Величество, — начал Гарет, и каждый мужчина последовал его примеру, медленно опускаясь на свои места один за другим.
Фиби стояла рядом со своим стулом во главе стола, отказываясь садиться. Ей нужно было сохранить преимущество и верх в этой встрече, а это означало выглядеть величественнее их.
— Здравствуйте, господа. Я опущу представления, так как боюсь, что время дорого. Полагаю, вы, ребята, слышали слухи о Хериди?
— Это слухи? — Люциус усмехнулся, морща свой клювовидный нос. — Или правда?
— Атака на Хериди со стороны Алланиса и Лорда Зефира действительно правда, — подтвердила Фиби, и мужчины заворчали в недовольстве.
— Да ради Богов, зачем им это делать? — Эдрик нахмурился, и хотя он держал спину прямо, его глаза потемнели от того, что Фиби знала — от страха. — Это кажется совершенно немотивированным. Есть у нас какие-нибудь идеи, что к этому привело? У двух стран произошла какая-то ссора?
— Мы же говорили всего несколько месяцев назад о том, что Алланис, Силван и Эльдамайн были почти сестринскими странами, — вставил Ноэль, потирая переносицу. — Неужели нас так ввели в заблуждение, чтобы поверить в такое?