Уэллс поднял свой бокал, бровь приподнята, а в уголке губ играла усмешка.
— Без Леди Астерии, Марибель. Просто Астерия. — Она натянуто улыбнулась королеве. — Ты должна это уже знать. Хотя ты закончила Академию более трех десятилетий назад, так что, полагаю, могу пропустить это без лишнего шума.
Уэллс подавился медовухой, захлебнувшись прямо в бокал. Его старший брат, Квинтин, бросил на него осуждающий взгляд с того места, где он сидел несколькими стульями дальше. Астерия едва не развеселилась, пока не заметила, что единственный свободный стул за столом находится прямо напротив Уэллса.
Она прищурила глаза.
Они что-то хотят от нее.
— Пожалуйста, присоединяйся к нам, Астерия, — позвал Орвин с главы стола, махнув ей рукой. — Прошло немало времени с твоего последнего визита в Эльдамайн, так что давай разделим трапезу. Возможно, кого-то стоит представить заново, а кого-то — познакомить впервые.
— Благодарю, пожалуй. — Астерия опустилась на стул, чувствуя, как Уэллс наблюдает за ней через стол. Она замерла, уже почти сев, и прищурилась на него. — Не ожидала увидеть второго запасного наследника так скоро после того, как ты почтил своим присутствием Академию в прошлом месяце.
— Вы встречались? — выпалил Квинтин, его голос поднялся на тон выше. Астерия и Уэллс оба устремили на него взгляды, и она нахмурилась. — Когда?
— Я навещал Одо и Эрику в начале учебного цикла перед возвращением домой, — объяснил Уэллс, и Астерия резко перевела на него взгляд.
Он пожал плечами, поджав свои полные губы, и это напомнило Астерии ее мысли об этих губах.
Она потянулась за бокалом и сделала два больших глотка медовухи на основе гвоздики и меда. Уэллс уловил это движение краем глаза, его взгляд скользнул к ее бокалу на столе, а затем к ее губам, отчего у нее в животе все сжалось.
— Мы, видимо, всегда пересекались, но так и не встретились по-настоящему, — вклинилась Астерия, хотя бы чтобы дать себе чем-то заняться, вместо того чтобы глазеть на принца перед его близкими. — Это была мимолетная встреча, ничего особо примечательного.
— Неужели? — пожурил Уэллс, уперев локоть на стол и подперев подбородок ладонью. Он устремил на Астерию свои густые ресницы. — Ты уверена?
Ее ноздри дрогнули от резкого вдоха, и раздражение забурлило у нее в груди. Кем он себя возомнил?
— Брат, — пробормотал Квинтин себе под нос. — Хватит…
— Что ж, я рад, что ты знакома с моими сыновьями, — перебил Орвин, жестом указывая на сторону стола, где сидели Квинтин и Уэллс. Справа от Уэллса был их другой брат, Пирс, который склонил голову в знак признания, когда ее взгляд скользнул по нему. Между Уэллсом и Квинтином сидела знакомая женщина. — Позволь представить тебе жену Квинтина, Принцессу Джоан.
— Очень приятно познакомиться, Ле…Астерия. — Принцесса поправила себя прежде, чем Астерия успела бросить на нее грозный взгляд. — Я училась в Академии в одно время с Принцем Оруэллом.
— Извини, что не помню тебя с тех времен. — Астерия нахмурилась, озадаченная, почему она не может помнить этот класс сирианцев так же ярко, как другие. Казалось, многие королевские особы учились там в одно время. — Кажется, я присутствовала на твоей свадьбе, но у нас не было возможности поговорить.
— Не нужно извиняться. — Принцесса Джоан доброжелательно улыбнулась, качая головой. — Тысячи Сирианцев посещают Академию. Я знаю, что у тебя есть возможность пообщаться лишь с небольшой их группой. Я также полагаю, что дипломатические занятия не особенно твои любимые.
— Довольно редко, это так, — Астерия кивнула слуге, подливавшему ей в бокал. — Боюсь, мне нечем поделиться в этой области знаний Академии. — Астерия сделала паузу, отпив медовухи, а затем протянула чувство, ощущая пространство комнаты в поисках Эфира и Энергии. — Я знаю, что многие Каррафимы владеют Эфиром, но я также чувствую и Энергию. Здесь слишком много Сирианцев, чтобы мне определить, кто из вас владеет Энергией, а кто Эфиром. А ты, Принцесса?
— Я владею Энергией, как и Принц Пирс. — Джоан протянула руку перед Уэллсом, чтобы указать на другого принца Каррафима. Уэллс нахмурился на руку перед ним, словно это был инородный предмет, и Астерия с удивлением обнаружила, что сдерживает ухмылку. — Мы все еще не уверены, какую из двух сил унаследуют наши дети.
— Сколько у вас детей? — поинтересовалась Астерия, ее интерес возрос. Хотя тема детей для нее самой была чувствительной, она все равно любила их.
— Четверо, — ответил Квинтин, его рука легла на руку жены. — Нашему старшему восемь, так что он может развить свои силы в ближайшие несколько лет.