— Ты хочешь противостоять Судьбе, поддерживая баланс? — Астерия скривила губу. — Ты веришь, что существует дисбаланс?
— Люди нарушили естественное равновесие мира, каким мы его задумали. — Галлус вновь повернулся к окну, всматриваясь в дали Эонии. — Когда мы пришли в этот мир, люди были примитивны. Они с трудом добывали огонь, чтобы согреться, и боролись за выживание с бродячими тварями. Род делал, что мог, чтобы помочь им: менял ландшафт, сокращая популяцию чудовищ. Мы думали, это даст людям преимущество, но они все равно боролись.
— Поэтому Даника и я создали Сирианцев, — продолжил он с ностальгической ноткой в голосе. — Мы наделили их силой против тварей. Баланс между человеком, Сирианцем и тварью был прекрасен. Когда Зефир попросил создать Лемурийцев, баланс стал безмятежным.
Галлус нахмурился, выражение боли, а не гнева или разочарования, появилось на его лице. Он боролся с внутренней борьбой, и Астерия терпеливо ждала, пока он продолжит.
— Люди должны оставаться на своем месте, — сказал Галлус, и она побледнела. — Мир не сможет поддерживать себя, если людей будет больше, чем других Существ. Их необходимо подавить, чтобы защитить Королевство.
— Что ты собираешься делать, Отец? — Астерия протиснулась между ним и окном.
На таком близком расстоянии он возвышался над ней, его ледяные глаза впивались в нее.
— Ты знаешь, я никогда не заставлю тебя выбирать, но я должен умолять тебя остаться в стороне от этого.
— Как я могу держаться в стороне от войны, которая разрывает этот мир? — Астерия покачала головой, тыча пальцем в его грудь. — Нен и Зефир втянут в это Лемурийцев, и Сирианцы окажутся вовлечены. Если кто-то из моего народа будет сражаться, я не могу оставаться в бездействии.
— Предоставь Нена и Зефира мне, — настоял Галлус, отступая от нее и начиная расхаживать перед пианино. — Я не хочу начинать войну, несмотря на то, во что верят твоя мать, Род и Морана. Перемены не происходят от вспышек и действий, движимых гневом. Перемены требуют точности и тонких… — он запнулся, подбирая слово, — …корректировок.
— Каких корректировок? — выдавила Астерия сквозь стиснутые зубы. Она сжала руки в кулаки, обуздывая силу, жужжащую у нее под кожей.
— Ты спрашиваешь меня, что тебе делать, Астер. — Щеки Галлуса подтянулись в усмешку, реагируя на пробуждающуюся в ней общую для них силу. — Опять же, позволь нам делать свою работу. Тебе может быть шестьсот сорок семь, но для остальных Лиранцев ты все еще молода. Там, откуда мы родом, нас учили использовать свои силы с одной целью — править другими мирами и Королевствами. Ты же родилась здесь, в Эонии, и поэтому так близка к его Существам.
— Кто-то мог бы возразить, что это делает меня более чем способной решать, что для них лучше, — бросила вызов Астерия, склонив голову. — Вы пришли в это Королевство из другого — вы, народ, всего лишь их старые Боги. Я родилась в этом Королевстве вместе с ними, так что, возможно, я их истинная Богиня.
— Ты не можешь быть их Богиней только тогда, когда это тебе удобно, моя Самая Яркая Звезда. — Галлус повернулся к ней с жалеющим выражением. Смесь смущения, вины и раздражения обожгла ей горло. — Или все, или ничего.
В последний раз бросив на него испепеляющий взгляд, Астерия открыла за собой портал, не отрывая глаз от Галлуса, пока не шагнула назад, и пелена не исказила его черты. Оказавшись по ту сторону, в знакомой обстановке своей комнаты в Селестии, она взмахом руки закрыла портал и застыла недвижимо, как ее статуя в саду Целителя.
Астерия представляла себе этот разговор совсем иначе. Это был самый откровенный разговор с Галлусом, наполненный просветлением, почти за столетие.
Позволь нам делать свою работу.
Она не верила, что Галлус уничтожит людей одним щелчком пальцев, но она также знала, что он не оставит их невредимыми.
Она понятия не имела, что он задумал для Авиша.
Внезапно позволить ему уединиться почти на два столетия показалось опасным, что она ему позволила. Либо он все это время размышлял о дисбалансе, который, как он утверждает, существует на Авише, либо Лиранец просто заскучал.
Астерия лишь надеялась, что это первое, потому что второе делало его гораздо более опасным.
ГЛАВА 16
СИБИЛ
Каждую осень, как раз перед тем, как сезон становился холодным, Астерианская Академия проводила Гала-прием Покровительства, где каждое королевство собиралось в Селестии, чтобы встретиться со старшим классом Сирианцев. Каждое королевство отправляло представителя, начиная от самих королей и королев и заканчивая назначенными послами, которым они доверяли больше всего.