— Ты с ума сошел? — воскликнула Астерия, разведя руки в сторону Пирса. — Ты знаешь, насколько странным будет выглядеть мое присутствие в Алланисе? Это могут неверно понять.
Пирс поднял руки в знак капитуляции, указывая пальцем на Сибил. — Она заставила меня сделать это.
Сибил фыркнула с недоверием, глядя на Пирса.
— Не используй меня в качестве козла отпущения!
— А ты что здесь делаешь? — спросила ее Астерия, поджав губы и жестом указав на Сибил. Она фыркнула, затем в отчаянии развела руками. — Вообще, зачем вы все здесь?
— Есть совершенно логичное объяснение, — начала Сибил, шагнув к Астерии. Она схватила ее за локоть, потащив к трупу. — Нас призвал Лорд Кайус, чтобы расследовать странную болезнь, распространяющуюся среди людей. Мы прибыли сюда, и Сюзан… — Сибил махнула рукой в сторону Целительницы — …показала нам тело недавней жертвы. Но, что подозрительно, вскоре появилась Эндора.
— Эндора? — Астерия вздрогнула, ее бурлящие чисто-голубые глаза прищурились. — Какого хера она здесь делала?
Сибил бросила на Астерию недоверчивый взгляд.
— Она сказала, что в Эфирии наблюдается похожее заболевание, и она хотела убедиться, что оно то же самое.
— Она проделала весь путь из Эфирии? — Астерия скривила губу, качая головой. — Это довольно странный поступок.
— Именно так я и подумала, — продолжила Сибил, жестом указывая на стол. — Не знаю почему, но Судьба посчитала, что ты сможешь помочь в определении этой болезни.
— Эндора назвала ее Обсидиановой Чумой. Она не сказала, как долго она в Эфирии, но, похоже, времени хватило, чтобы она провела исследования. Она считает, что они гораздо более продвинутые, чем то, что Сюзан может сделать с моей помощью, и что она поделится своими находками.
— В этом я сомневаюсь, — пробормотала Астерия. Она подошла к краю стола, склонив голову.
— Это органы, — вмешалась Сюзан, сунув Астерии проклятую стеклянную банку.
Та отшатнулась с гримасой, но затем ее лицо потемнело, а тело застыло рядом с Сибил. Сибил внимательно следила за ее выражением, пока Лиранка выхватывала банку из рук Целительницы, поворачивая ее под разными углами. Ее глаза мерцали, словно звезды, появляющиеся в ночном небе.
— Ты звал меня? — сказала Астерия, глядя на Пирса. Он кивнул, затем она перевела взгляд на Сюзан. — А ты Целительница, значит, не можешь управлять Эфиром.
Когда Сюзан покачала головой в подтверждение, свет в глазах Астерии померк.
— Этого не может быть, — прошептала Астерия, с потупленным взором возвращая банку Сюзан. — Ты случайно не взяла образец крови, прежде чем она затвердела?
— Мне удалось извлечь немного до того, как этот пациент скончался. — Она бросилась к шкафу, осторожно поставив банку на полку.
— Как ты думаешь, что это? — спросила Сибил, наклонившись к Астерии, пока они смотрели на жертву.
Астерия сглотнула так, что было слышно, несколько раз открывая и закрывая рот, прежде чем наконец прошептать:
— Боюсь, я знаю, что это такое, и молюсь Богам наверху, чтобы я ошибалась.
Сюзан вернулась с маленьким флаконом, похожим на черные чернила, и протянула его через тело. Астерия взяла его и вытащила пробку. Держа флакон перед собой, она навела руку над отверстием, ее лицо было напряжено в концентрации.
Чернильная субстанция выползла из флакона, заплескавшись на ладони Астерии, и Сибил ахнула. Даже Гаврил выругался под нос, а Пирс придвинулся ближе к Сибил, так что его грудь коснулась ее спины.
— Ради Богов… — Пирс запнулся, и Сибил почувствовала, как он поморщился. — Прости, Астерия. Что за хрень?
— Это Эфир, — объяснила Астерия, отпрянув и вытирая руку о простыню, покрывавшую труп. — Кто-то использовал его в гнусных целях.
Сибил оперлась рукой о Пирса, обхватив его запястье за своей спиной, так как ее зрение снова поплыло. Он перевернул ладонь, чтобы сжать ее руку, снова поддерживая ее, а другой рукой крепко держал ее за талию.
Прикосновение жгло сквозь ее платье, в животе заколотились бабочки.
— Что ты имеешь в виду? — спросил он Астерию. Сибил взглянула на него через плечо, сжимая хватку, так как ее зрение еще не полностью прояснилось от тумана другого надвигающегося видения.
— В том, что я сказала, нет ничего непонятного и запутанного. — Астерия отступила от трупа, синее сияние ее божественной формы проглядывало из-под кожи. — Эфир используется как зараза.
Сибил знала, что их Путь балансирует на грани, образ в ее сознании прыгал от увиденного Пророчества к другому, где Существа сосуществуют, а затем — к третьему, где Лемурийцы заболевают и заковывают людей в цепи.