— Ладно, — зевнул Борис, медленно встал, потянулся. — Я не сомневаюсь в твоих талантах, но всё же напомню — вы наблюдатели, не рвитесь в бой без нужды. У нас каждый воин на счету, терять людей мы не можем.
— Да, я всё знаю, сир, всё давно уяснил, — улыбнулся Бернис и блеснул глазами, касаясь взором моего лица. — Ваша стратегия мне нравится.
— Это хорошо, — снова зевнул Борис, набросил на плечи плащ, подхватил свою сумку и потопал к телеге. Следом за ним лениво поднялись все ребята и потащились к лошадям. Я тоже не отставал. Пожал Бернису руку и распрощался. Мы все очень устали, нужно было отдохнуть, привести мысли в порядок… а мне как можно скорее повидаться с женой.
Костёр разгорался неспешно, едва распускал лепестки, но сырые ветки уже чадили дымом, да стрекотали, будто стая уток над лесом. Тагас вздрогнул, поморщился. С недавних пор халар не любил смотреть на огонь. Живое пламя его пугало, возвращало в ту страшную ночь, в ту низину, где пала орда.
Чуть в стороне от разбитого халара суетились кочевники. Едва ли несколько десятков степных братьев сбежали из пекла, прятались в чужом лесу и дрожали от каждого шороха. Воины разделали кролика, нанизали мясо на ветки и поджаривали над огнём. Слишком мало еды для стольких мужчин, вот только взять больше негде. Бродить по шейтарову лесу слишком опасно, да и, по правде сказать, аппетита всё равно не было. В сторону Тагаса временами косились смущённые взгляды, но беспокоить халара никто не решался. И он был тому только рад.
Тагас думал о матери. Он мечтал увидеть халин, прижаться к тёплой щеке, найти утешение в нежных объятьях. После той битвы Тагас больше не жаждал заполучить Золотое Седло, не думал о войнах и славе, не хотел быть правителем. Нет. Только сыном. Только маленьким мальчиком на руках у заботливой и любящей халин Шиайи.
Жестокая оплеуха северных демонов дорого обошлась молодому халару. Ещё вчера он был силён и удачен — настоящий лев, рождённый Великой матерью степью. И вот лев убит. Пал в огненной бездне, а его место занял битый шакал. Жалкий и робкий. Целый мир рухнул в той битве — целая жизнь.
Кто бы мог подумать, что такое возможно. Что орда… несметное халирское воинство, не знающее себе равных на поле брани — так бесславно сгинет за хирт. Таких войн халарат ещё точно не видел. Все битвы были легки, быстры и победоносны. Никто не мог устоять перед мощью кочевой братии. Никогда.
И что делать дальше? Как быть? Бежать, поджав хвост? Прятаться? Ныть и скулить, точно шавка? Покрыть своё имя ещё большим позором? Или принять тяготы с честью? Без оглядки пройти уготованные судьбой испытания? Принять как должно свой рок? Как истинный сын Великой Степи? Как истинный дож-кхалир?
Вопросов было полно, но вот ответов дать было некому…
— Халар, вам нужно поесть, — подкрался дасул и дрожащей рукой протянул Тагасу кроличью ногу. Второй сгинул в огне, когда спасал жизнь халара. Да и этот, по правде сказать, на живого походил мало. Страшная клякса ожога расплылась на щеке, коса сгорела, половина скальпа облезла и покрылась уродливыми волдырями, но воин держался.
Тагас снова поморщился. Он даже не представлял, через что прошёл этот человек, неся его на плечах, укрывая от пламени в мокром плаще, продираясь сквозь пляску духов огня. А он, неблагодарный сын осла и шипура, даже имени верного воина не спросил.
— Как твоё имя, дасул? — сказал Тагас.
— Валай, мой халар, — склонил голову воин.
— Я благодарю тебя за верность, Валай, — тихо продолжил Тагас, оторвал от кроличьей ноги ломтик мяса и протянул искалеченному дасулу. Валай замер, тяжело задышал, суетливо забегал глазами и робко принял мясо. Разделить трапезу с повелителем — высшая честь для степняка.
— Мой халар, смею ли я говорить с вами? — не поднимая глаз, спросил дасул, когда с кроликом было покончено.
— Люди спрашивают, что делать дальше?
— Да, мой халар, — глядя под ноги, кивнул Валай, но мог того и не делать. Тагас знал всё и так.
— Я ещё не принял решение, потому хочу знать твоё мнение.
— Моё?.. — Удивился дасул.
— Да, твоё — дасул халара сит-Нарвай.
— Халар, я бы предложил выбраться из леса и поспешить навстречу вашему отцу. Халир должен знать о силе северян.
— Ты же знаешь, что в степи без коня не выжить.
— Да, мой халар, — согласился Валай. — Но то для одинокого путника. Я думаю, что два десятка воинов смогут добраться. Хотя будет нелегко.
— Ты едва стоишь на ногах, долгий путь тебя доконает. Да и остальные сильно измотаны, голодны и слабы. Мы не дойдём до отца. Он слишком далеко.