Кридмур умолк, анализируя ситуацию.
Аппарат завис над краем долины, стрекот лопастей и грохот моторов отражался от скал на другой ее стороне. Черный угольный дым, испускаемый двигателями, взвивался в небо над каньоном.
Пилот наклонился вперед, высунулся из стеклянно-латунного пузыря и осмотрел землю в подзорную трубу.
Кридмур пригнул голову и притворился напуганным. Что говорить, ему и правда стало немного не по себе.
Он инстинктивно потянулся к поясу, но оружия там конечно же не было — Кридмур передал его Вильяму, тот хранил его на поясе под лохмотьями; какой охранник стал бы тратить время на обыск Вильяма? В этом и заключалась задумка Кридмура, а теперь лопасти этого чертова птицелета не оставили от нее и следа, как от унесенной ветром листвы. Что же ему делать дальше?
Он даже не сомневался: забери он свое оружие — смог бы выстрелом сбить птицелет; но тогда охрана госпиталя поняла бы, кто он, и, если верить инструкциям, его бы уничтожил Дух госпиталя, не терпящий насилия.
Птицелет завис в воздухе с той же нерешительностью, какая мучила Кридмура.
Кридмур рискнул краем глаза взглянуть на пилота. Что он намерен делать? Знает ли, кто такой Кридмур? Преследовал ли его от самого Клоана — или встретил здесь случайно? Гадать смысла нет. Кридмур всегда плохо понимал, о чем думают линейные, если те вообще способны думать.
Он обернулся к охране и крикнул:
— Занятой у вас сегодня денек!
Те нервно улыбнулись.
Пилот не станет открывать огонь, это уж точно, подумал Кридмур. Люди Линии ничуть не глупее агентуры Стволов и прекрасно понимают, что случится с тем, кто прибегнет к насилию в присутствии Духа Госпиталя. Если птицелет здесь случайно, он скоро улетит. Если же пилоту известно, кто такой Кридмур, и если он, конечно, не дурак (линейные не отличаются сообразительностью, но дураками их тоже не назовешь), вызовет подмогу, и вскоре Кридмур будет окружен...
Пулемет под кабиной птицелета издал высокий протяжный свист и затарахтел — пилот открыл огонь без всякого предупреждения. Оружие, похожее на окровавленное жало москита, сыпало свинцом, как проклятиями. Охрана укрылась в сторожке, Вильям и остальные безумцы в панике кинулись врассыпную; веревка, связывающая их лодыжки, перепуталась. Пули раздробили камни, и в воздух поднялась красная пыль. Лив упала на землю, и Магфрид, тяжелой ношей обрушившись сверху, накрыл ее своим телом.
Аппарат вел огонь по земле в тридцати — сорока футах от госпиталя. Это было предупреждение.
Из динамиков птицелета раздался искаженный, громыхающий голос, эхом отражавшийся от стен каньона:
— ОТДАЙТЕ АГЕНТА! ОТДАЙТЕ АГЕНТА! ОТДАЙТЕ ПАРШИВОГО АГЕНТА!!
Кридмур бросился за камень, в укрытие. Сердце его колотилось, он чувствовал себя старым, слабым и очень ранимым.
— ОТДАЙТЕ АГЕНТА!
Голос гремел, а Хозяин Кридмура кричал ему:
— Теперь они ищут агента. Охрана госпиталя встревожена, зря ты медлил, Кридмур!
— Заткнись. Дай подумать.
Голос гремел:
— Я ВИЖУ ЕГО! ОТДАЙТЕ УБЛЮДКА!
Птицелет снова открыл огонь. Рев плюющегося свинцом пулемета огласил каньон, эхом отражаясь от его высоких стен, но никто не пострадал. Это была бессмысленная, гневная демонстрация силы. Один из безумцев закричал, а возможно, и сразу несколько. Кридмур откупорил бутылку с тоником доктора Слупа, глотнул едкого зелья и с любопытством подождал, проверяя, успокоит ли оно его нервы. Но зелье не действовало.
Каньон огласило свистом — сперва негромким, затем пронзительным. Ставни на окнах госпиталя захлопали, то открываясь, то закрываясь. Даже шум птицелета не смог заглушить этих свиста и стука. В воздух поднялось облако красной пыли.
Кридмур ощутил сильное давление. Сначала пощипывало кожу, затем заболели виски и глаза, заныли зубы. Кровь сгустилась, вены на лбу и шее вздулись, сердце сжалось и потяжелело.
Так вот каков Дух в действии! Кридмур чувствовал, как Дух набирает силу. Ничего подобного он встретить не ожидал — напротив, изо всех сил надеялся этого избежать. Но нельзя было отрицать, что ему любопытно. Придерживая шляпу, он высунул голову из-за камня.
Вокруг птицелета закружились маленькие вихри пыли — казалось, к нему потянулись чьи-то красные пальцы. Машина отпрянула, как напуганная лошадь, и зависла в воздухе; пулемет на мгновение смолк, и у Кридмура появилась возможность рассмотреть аппарат вблизи. Тот напоминал насекомое — те же противогазы из резины, стекла и стали, которые иногда носят линейные. Вращавшиеся над кабиной лопасти сливались в большое смутное пятно.