Только сейчас сильфам было не до полетов к луне. На земле нашлись дела поинтересней.
Вопреки опасениям Юргена, обузы из Даши не вышло: девушка неотрывно скользила рядом, ловко управляясь с более тяжелой двухместной доской, не чихала, не кашляла и даже не задавала дурацкие вопросы.
Они не стали спускаться вслед за людьми по лестнице, а просто вынули из окон ставни сухого льда и вылетели со второго этажа, сразу увидев отходящих от дома Климу с Хавесом и Зарином и Теньку с Герой, которые вдвоем тащили какой-то объемистый продолговатый сверток. Лететь приходилось медленно, прячась за крышами домов и кружа позади идущих. Клима несколько раз оборачивалась, чувствуя на себе чужой взгляд, но смотрела на дорогу и в кусты у обочины, поэтому никого не заметила.
Люди вышли на незасеянное поле за деревней, пересекли его почти полностью и остановились, о чем-то переговариваясь. Сильфы обосновались в зарослях у кромки поля.
— Можешь услышать, что они говорят? — спросил Юра.
— Ветер в другую сторону, — сокрушенно ответила Даша. — Сейчас попробую уговорить его перемениться…
Счастье, что на фоне луны были прекрасно видны силуэты. Вот Тенька и Гера осторожно кладут на землю свою ношу. Потом колдун (эту мелкую встрепанную фигурку ни с кем не спутаешь) наклоняется и начинает разматывать ткань.
— Поймала! — радостно воскликнула Даша и тут же зажала себе рот рукой. — Ой, прости… Я их слышу… Гера говорит, что конницу нельзя ставить так далеко от города, потому что тогда она не успеет в урочный час. А Клима возражает… «Нам негде прятать конницу рядом со стенами. Ее перебьют еще до начала». Гера говорит, можно насыпи сделать и поставить прикрытие. «Кто будет в прикрытии?» Это уже Клима сказала. У нас, говорит, и так людей мало, еще на прикрытие тратиться. «Моя обда, что у тебя было в Институте по стратегии? Я бы даже «удовлетворительно» не поставил…» Кстати, Юра, ты не знаешь, почему Гера перестал называть Климу по имени и держится с ней, как подданный?
— Не знаю. Пробовал выяснить, все молчат. Только Лернэ проговорилась, что они куда-то ездили, пока нас не было, а вернулись домой порознь. Ты слушай, что еще говорят?
— Да ничего. Все конницу эту обсуждают. А Зарин, слышу, ворчит, мол, там той конницы… Вроде так мало, что и спорить не о чем.
— Важный факт.
— Который?
— В общем-то, все. Первое: у обды есть конница. Второе: конницы мало. Третье: Клима все равно хочет пустить ее в дело. И, судя по спору, в ближайшее время. Гляди, вон, Тенька что-то достает. Они не говорят об этом?
Даша мотнула головой.
Некоторое время сильфы молча смотрели, как люди что-то делают, стучат, суетятся, передают друг другу инструмент. Потом Гера взял у Теньки нечто вроде треугольника, надетого на палку. Встал, расставив ноги на ширину плеч, вытянул штуковину перед собой…
— Да это же арбалет! — дошло до Юргена.
— Чего? — удивилась Даша.
— Арбалет. Малоизвестное оружие в наших краях. Он стреляет, как ортона, только снаряды поменьше и лезвия на другом конце нет.
— Интересно, зачем им испытывать арбалет? — задумалась Даша.
— Может, хотят сравнить его с ортоной? — предположил Юра. — Хотя, глупо. Они должны знать, что ортона удобнее, и колоть ею можно, а не только стрелять. И маленькие ортоны бывают, не больше того арбалета… тридцать четыре смерча!!!
Пока сильф рассуждал, Гера примерился и выстрелил. Почти в то же мгновение поле содрогнулось, а на дальнем конце вспыхнул высокий столп огня и дыма. Даша в испуге прижалась к спутнику, но они оба сейчас этого даже не заметили.
— Так вот, почему не ортона, — внезапно охрипшим голосом резюмировал Юра. — У ортоны стрелы могут возвращаться, а здесь… ясно теперь, что Тенька у себя изобретал.
— Оружие, — подхватила Даша. — А теперь они его испытывают.
— Это должны знать на Холмах. И немедленно.
— Да… Летим скорее!
— Я полечу один.
— Ты опять?!
— Послушай же! — Юра схватил ее за руку. — Кто-то должен остаться здесь, знать, что будет дальше. Мы по-прежнему не знаем даты Климиного наступления. Может, Тенька не только взрывающиеся стрелы изобретал? Кто сообщит на Холмы, если сейчас мы оба улетим?
— Тогда почему бы не остаться тебе? Ты и правда старше, опытнее, сможешь узнать больше, чем я!
— Потому что я не отпущу тебя одну, в ночь, через полстраны.
— Ах, ты опять за свое?!
— Да не считаю я тебя дурой! — взорвался Юрген не хуже той стрелы. — Я твоему отцу обещал, что с тобой ничего не случится! Если сейчас ты улетишь неведомо куда, это будет значить, что я нарушил слово.