Гермиона вздрогнула и слегка поморщилась.
В его словах ей не нравилось… примерно все. Во-первых, он опять пренебрежительно отзывался о маглах. Во-вторых, причислял ее саму к ним. Животных, ха! Эти – да. И самка, да господи! Это она самка?!
Девушка даже не знала, с чего бы начать гневную отповедь. Она хотела бы сказать ему, что не все маглы ведут себя так. Среди них также много интеллигентных и приятных людей, к которым он сам, кстати, не относится. А еще – она маглорожденная. Волшебница. Как и он, а в чем-то может и лучше. И то, что он упорно валил маглов и маглорожденных в одну кучу, совершенно неуместно.
Все это она хотела ему сказать, получилось только:
– Я не твоя самка!
Обиженно. На выдохе.
– Правда? А чья? – неожиданно спокойно спросил парень, приближаясь.
– Ничья, – Гермиона испуганно обернулась на дверь паба. Ей не нравилось ввести какие-то откровенные беседы здесь. – Своя собственная.
Девушка чувствовала себя растерянной. Чехарда событий этого вечера совершенно выбила ее из колеи. Она ведь уже успела отвыкнуть от этого.
После поцелуя с Малфоем она трусливо сбежала в туалет, где долго умывалась ледяной водой, глядя на своё бледное лицо в зеркало.
«Тогда идем со мной».
Гермиона все-таки проиграла эту партию. Сдалась и сбежала.
Она пыталась понять, что чувствует.
Но в одном пришлось себе честно признаться.
Она ответила на его поцелуй. Это было кристально ясно. Ответила сразу и без промедлений. И ей это понравилось. Его властные манеры, небрежная грубость, его вкус, свежий, с привкусом мяты…
Ей нужно было настроить саму себя против всего этого. Нужно было избавиться от этой мерзкой слабости. Возможно, это просто позывы юного тела. У неё совершенно не было опыта в этом деле. Он слишком резко ворвался, грубо растолкал все ее спящие инстинкты, которые с перепугу могли просто настроиться не на того человека.
Ей бы немного времени, чтобы обдумать все это. Ну кого она обманывала – у нее были каникулы. Или может их было недостаточно? Ей следовало поговорить с кем-то об этом. С другой девушкой. Понимающей. Подругой. Той, у которой уже был первый раз. Гермионе было бы гораздо проще осознавать, что она не одна такая. Но в глубине души на ощущала, что первый раз с Малфоем и любым другим парнем – нечто совершенно разное. И она боялась, что теперь он извратил её представление о любви и близости.
И вот она косится на блестящий бок небрежно брошенного у паба байка, на свои ботинки, елозит взглядом по брусчатке. Куда угодно, только не смотреть на него. Но Малфой не даст забыть о себе.
Он дразнит. Испытывает.
– Если рассуждать примитивно, – Малфой мягко надвигался на неё, заставляя отступать. – То я был первым, кто тебя трахнул. И, скорее всего, по-прежнему остаюсь единственным. Ты позволяешь мне целовать себя. Думаю, что могу называть тебя своей самкой.
Он ведь просто издевается. Рассчитывает, что она будет спорить?
Девушка хлопала глазами, отступая. Она вот-вот врежется в дверь паба, но ему надоело её бегство. Парень обхватил ее за талию и дёрнул на себя. Гермиона машинально прогнулась в спине. Чтобы хоть так сократить дистанцию.
– Пожалуйста, прекрати!
Сильно зажмурилась, как в детстве. Но Малфой никуда не исчез, стоял перед ней и ухмылялся. Довольный собой.
А затем его прохладная ладонь обхватила ее руку. Так… буднично. Но ей этот жест показался очень интимным. Обычно Малфой бесцеремонно хватал ее за запястье и тащил за собой. А сейчас он взял её за руку.
– Куда ты собрался? – запаниковала Гермиона. – Нам нужно вернуться за метлой и вылетать в Хогвартс. Иначе мы не успеем до рассвета. Нас могут потерять! – голос девушки предательски взлетал все выше.
– Мы успеем вернуться, Грейнджер. Не паникуй.
– И что мы будем делать?
– Увидишь.
Гермиона поежилась – то ли от его зловещего тона, то ли от холодного ночного ветра. Не сказал ни куда они идут, ни зачем. А она идет, как собачка на поводке.
Даже без поводка.
…
Идти оказалось недалеко. Через пару митут Малфой привел ее к роскошному жилому комплексу. Самые дорогие квартиры в Лондоне –позволить себе такие могли только очень состоятельные люди.
Малфой уверенно вошел в здание, увлекая за собой девушку.
Огромный холл и столько мрамора, сколько не было, кажется, даже на лондонских кладбищах. И во всем этом великолепии слизеринец смотрелся… очень органично. Видимо, роскошь, что в мире магии, что в магловком, ему шла.
Пожилой портье лишь вежливо кивнул парню, едва глянув на него. Значит узнал. Он часто тут бывает?