Он давно мертв, черт возьми! Его уже можно называть как угодно.
Глаза парня горели таким искренним любопытством, а Гермиона испытывала раздражение. Ей хотелось ответить что-нибудь в духе: "Ну, так пригласи на свидание Гарри и сам у него обо всём расспроси".
— И где вы только это берёте? — простонала девушка. — Ну действительно, какие личные фестралы? Да и зачем он ему?
– Он бы от тоски сдох! – вставила Джинни, перегибаясь через стол и весело подмигивая Гермионе. – Поттер даже своей девушке не может нормально внимание уделить!
Грейнджер вздохнула. Обсуждать Гарри с Джинни – одно дело, но не в присутствие левых парней.
Определённо, после этого свидания она больше ничего не должна подруге и полностью искупила свою вину за невнимательность. Потому что, видит Мерлин, она точно заорет, если он ещё раз спросит что-нибудь с придыханием о Поттере. Или ненавязчиво, как казалось только ему, попытается ухватить её за руку. Или погладить бедро.
Да ещё и…
Малфой сюда притащился на какой-то черт! Уселся позади неё и пялился. Она не видела, но точно знала – пялился.
– Мне нужно в уборную!
Гермиона вскочила, прочертив обтянутым кожей бедром по боку когтевранца.
Ей просто нужно немного остыть, умыться холодной водой и послушать тишину.
Джинни и её новый приятель Джейден увлечённо рассказывали друг другу о разных забавных ситуациях из детства, связанных со стихийными всплесками магии. Оливер тоже подхватил было тему, и ему искренне было интересно узнать о магловском детстве Гермионы, но девушке, по определённым причинам, было слишком тяжело рассказывать об этой части своей жизни.
Из-за отсутствия больших пространств туалет в «Трех метлах» был общим. Поэтому никаких писсуаров, только ровный ряд кабинок с обшарпанными дверями.
К счастью, там никого не было, и девушка смогла позволить себе привалиться спиной к каменной стене и немного подышать.
Гермиона прикрыла глаза, на ощупь протянула руку и включила воду, сосредоточившись на равномерных ударах струй о раковину.
— Ждёшь меня? — мягкий, маслянистый, обволакивающий голос, и тут же чья-то рука обвивается вокруг её талии, сильнее вжимая в стену.
Девушка испуганно распахнула глаза и какую-то долю секунды даже не могла понять, кто перед ней.
Ей показалось, что это мог быть...
— Оливер, что ты тут делаешь? — пролепетала гриффиндорка, пытаясь сместиться вбок, но рука парня не давала ей пошевелиться, а его лицо было слишком близко.
Конопушки. Не так много, как у Рона. Их видно только вблизи. Как сейчас. И полное отсутствие щетины. Вероятно, перед свиданием он тщательно побрился.
Почему-то от запаха его лосьона девушку начало слегка подташнивать.
— Подумал, ты хочешь, чтобы я пришёл, — во взгляде парня мелькнуло изумление, тут же смазавшееся похотью. — Ты так потерлась об меня бедром. К тому же Джинни говорила, что ты открыта для отношений.
— Джинни говорила? — обескураженно повторила Гермиона, чуть хрипло. – Что я открыта?
— Ну да, я сразу вижу девчонок, которые изголодались по мужскому вниманию, — самодовольно добавил Оливер.
Одна его рука уже сжимала её талию, а вторая легла на задницу.
Годрик, помоги, от запаха его одеколона её сейчас точно стошнит.
Гермиона буквально оцепенела, не зная, как действовать. Это был просто какой-то абсурд.
«Ну же, оттолкни его – сейчас!».
Парень уже потянулся губами к её шее.
— Нет, прекрати, ты всё не так понял, — слабо пролепетала она.
— Да ладно, что я там мог не так понять? — бормотал он, выдыхая лёгкие алкогольные пары на её кожу.
— Понимание — это вообще не по части таких идиотов, как ты, — раздалось ледяное откуда-то сбоку.
Принеся неожиданное облегчение, будто тёплая приливная волна.
Если бы кому-то пришло в голову наслаждаться приливными волнами яда.
Малфой резко оторвав когтевранца от неё и ухватив за затылок впечатал лицом в зеркало, по которому тут же расползлась сетка трещин.
— Малфой, ты что тут делаешь? И вообще, что делаешь?! — пробулькал Оливер, держась за кровоточащий нос.
Возможно, у него и губы были разбиты.
Гермиона была слишком ошеломлена, чтобы разглядывать. Она лишь мельком мазнула взглядом по когтевранцу, полностью сосредоточившись на сатанеющем с каждой секундой слизеринце.
Малфой не удостоил его ответом, резко выхватил волшебную палочку из кармана спортивных брюк.
— Обливиэт, — жёстко произнёс он. И через секунду, не раздумывая, — Империо!
Гермиона приложила руку ко рту, потому что взгляд Оливера стал стеклянным.