Если только... Нет.
Всё-таки пассивность Малфоя раздражала.
Если ещё кого-то попытаются убить или, не дай бог, убьют, Гермиона точно пойдет к Снейпу. Тот не выдаст его. Он давал ради него непреложный обет и убил ради него, в конце концов!
Совсем не странно, что дальнейшее Гермиона помнит фрагментарно.
Хотя лучше бы, честно говоря, забыла.
Джинни, которая явно держалась бодрее её, всё же вызвала на помощь ворчащих Гарри и Рона, которым совсем не хотелось вылезать из тёплой гостиной в вечернюю морось.
На улице стемнело, шёл мокрый снег.
Джинни и Гермиона вышли на улицу и принялись радостно кружиться, задрав головы, ловя снежинки ртом. Гермиона не стала застёгивать пальто, и оно развивалось вокруг, мягко рассекая воздух.
— Мерлин, Джинни, зачем ты её так напоила? — пробурчал Рон, ловя вошедшую в очередной вираж Гермиону, которая едва не поскользнулась на мостовой. — Или вы так расстроились нашему проигрышу?
— С чего ты взял, что это я её напоила?! И разве девушкам нужен повод, чтобы радоваться жизни? — с вызовом ответила Джинни.
— По-моему, ты просто искала повод, чтобы повидать бывшего, — поддразнил её брат и глянул на смущённого Гарри.
Джинни же, напротив, совершенно не смутилась и принялась возмущённо убеждать Рона, что пригласила она их исключительно из-за Гермионы, потому что время позднее, ей её одну не утащить, а где-то поблизости шныряет маньяк.
— Или маньяки, — со значением добавила она, чтобы ещё больше катастрофизировать ситуацию. Было бы убедительнее, если бы ей удавалось сохранить серьёзный тон.
— Какие маньяки? — невесело хмыкнул Гарри. — Все слизеринцы сидят в подземелье. Отмечают.
Они с Роном обменялись кислыми взглядами, чем страшно развеселили Гермиону.
Кажется, она говорила им что-то ободряющее, но не очень членораздельно, потому что Рон подхватил её под локоток – с одной стороны, а с другого боку пристроился Поттер, придерживая подругу и быстро чмокнув её в висок, пробормотал, что она очень милая, когда расслабленная, но не стоит расслабляться таким образом часто.
…
— Виктор! — удивлённо воскликнула Гермиона и поморщилась от того, как высоко и неприятно звучал её голос. Она прокашлялась и спросила: — Что ты тут делаешь? Разве ты не должен праздновать победу вместе с остальными? Слизеринцами.
Крам немного виновато глянул на Рона и Гарри.
— Ну, на самом деле, моей заслуги в победе не так уж много, — он пожал плечами. — Я немного посидел в гостиной Слизерина и улизнул сюда. Там ко мне уж слишком много внимания.
— Бедняжка, — фыркнул Рон. — Девчонки-поклонницы так и норовят присесть на колени.
Крам снова пожал плечами.
— Для меня это уже стало несколько утомительно.
— Хотел бы я так утомиться, — с ноткой зависти протянул Рон.
— Может, успеешь ещё, — поддержал его Гарри. — Вот выпустимся и попробуешь попасть в «Пушки Педдл».
— Ага, Рон, они вряд ли откажут герою войны, — хихикнула Джинни.
Тот злобно зыркнул на сестру.
— А я не так уж хреново играю. Естественно, я планирую подтянуть свою форму, прежде чем пробоваться в какую-то серьёзную спортивную команду.
– Гермиона, давай я помогу Джинни отвести тебя к ней в спальню. Надеюсь, у вас там найдётся для неё место.
Он бросил взгляд на рыжую, очевидно, подозревая в ней более дееспособную часть их дуэта.
Джинни хихикнула.
– А что, хочешь утащить её к себе? Спросил с такой затаённой надеждой… Но если ты остановился в подземельях Слизерина, то даже не надейся! Мы не отпустим нашу принцессу в логово змей.
– Нет-нет, — поспешно открестился Крам. – Директор Снейп любезно предоставил мне отдельную комнату. В замке достаточно места, чтобы... Мерлин, Джинни, я вовсе не собираюсь вести Гермиону к себе. И... – он слегка замялся, а рыжая со злокозненным удовольствием наблюдала, как огромный широкоплечий, коротко стриженый болгарин с внешностью криминального авторитета покрывается нежным розовым румянцем. – Я просто хотел убедиться, что она спокойно ляжет спать. В её состоянии, в общем,… я не уверен, что она сможет без приключений добраться до кровати.
– Ну, после устроенного тобой на матче маленького шоу «Ведьмин досуг» и «Спелла» наперебой примутся рассуждать о ночных приключениях Гермионы.
– Ох, я вовсе не хотел навредить её репутации!
Те части лица Крама, что не были скрыты суровой щетиной, стали ещё розовее. И Джинни едва не захихикала в голос.