За эту неделю загар лег на её кожу, а чувство лёгкости заползло-таки в голову.
Дэвид не пытался её переделать. Он просто показал ей дверь в другой мир и предложил заглянуть. И глядя на его улыбку в последний вечер, слушая, как он планирует их маршрут на завтра, Гермиона с удивлением поймала себя на мысли, что впервые за долгое время она с нетерпением ждёт следующего дня — не ради победы над проклятием, а просто ради самого дня.
Девушка лишь вздохнула. Она снова в темноте, и та поглощает воспоминания.
– Проклятие Крови Предков, — произнёс наконец Шимон. – Мне сложно было найти ритуал очищения, как назло – самое полезное запрятано слишком глубоко, поэтому пришлось ждать так долго, надеюсь, мой внук не успел вас утомить?
– О что вы! Благодаря Дэвиду я узнала столько потрясающих вещей! – совершенно искренне воскликнула Гермиона, прикладывая руки к груди. – Так что получилась вполне себе образовательная поездка. Не придется ничего выдумывать в случае внезапного интереса третьих лиц… Может быть, директор и преподавательский состав даже заинтересуются некоторыми интересными наработками, о которых я узнала в Портоскул. Мне бы очень хотелось таких нововведений для Хогвартса.
– Ну чтобы сдвинуть консервативную машину вашей школы с места, вам надо стать как минимум директором школы, – улыбнулся мистер Халфи, отрываясь от свитка. – А лучше – сразу министром магии.
Гермиона попробовала эту мысль на вкус, и она… неожиданно ей понравилась.
– Это мощная и мрачная вещь. Ритуал очищения, позволяющий не изгнать, а взять под контроль такого духа, сложный, опасный и психологически разрушительный, – забормотал Шимон, возвращаясь к главной теме. – Вам важно понимать – этот ритуал не изгоняет подселенца – сущность, сросшуюся с душой носителя. Вместо этого он создаёт временные, но прочные оковы воли, сковывающие духа и лишающие его возможности действовать самостоятельно. Ритуал требует от носителя невероятной силы воли, а от оператора — железной выдержки и готовности войти в самый ад его сознания.
Гермиона почувствовала, как сжимается челюсть. Ей снова напомнили о необходимости отправиться в ад.
– Для начала нужно подготовиться. Вам понадобиться зеркальная комната. Все: стены, пол и потолок покрыты отполированным до зеркального блеска чёрным обсидианом. Бесчисленные отражения дробят и замыкают пространство, не давая духу «утечь». В центре — круг, выложенный молотым серебром и пеплом священного дерева. В Англии свои, но можете на первое время взять у меня немного готового пепла секвойи. – Он поднял глаза, а затем снова нырнул в свиток. – Так. Инструменты, у меня есть все необходимое, давно пылиться на полках – кинжал Жертвенной Воли – из чистого серебра. Им не наносят ран плоти — им рассекают энергетические связи. Чаша Равновесия – выточена из цельного горного хрусталя. В неё наливают три жидкости: слезу раскаяния, добровольно данную чистокровным, предавшим свои идеалы, воду из источника, где смешалась кровь магла и волшебника, и каплю крови самого носителя.
Гермионе подумалось, что самая сложная часть – выдавить слезу из Малфоя. Наверное, ей придется ткнуть его лицом в нарезанный лук. Он ведь и был тем чистокровным, предавшим свои идеалы. Спать с грязнокровкой – это… достаточное предательство?
– Цепь Души, – продолжил Шимон не догадываясь о ее размышлениях. – Не физическая цепь, а сплетённый из света и намерения шнур, который держит оператор. И наконец сам процесс состоит из четырех фаз. Первая – это заключение в Круг. Проклятый входит в серебряный круг обнажённым по пояс. Оператор, стоя за пределами круга, плетёт над ним Огненную Цепь — сеть из золотистого пламени, которая опутывает его, не обжигая плоть, но сжигая дух. Сжатие уз – это больно, так что предупредите носителя. Фаза вторая – вызов Тени. Оператор произносит истинное имя духа. Я напишу вам его на бумажке во избежание… всякого…. Из тела носителя выползает тень — искажённое, злобное подобие его собственного облика. Зеркала множат его, он попытается бросаться на невидимые стены. Фаза три – битва воли, самая опасная. Оператор протягивает руку и символически берёт Цепь Души, другой конец которой прикован к груди носителя. Сознание ведущего волшебника или волшебницы переносится в ментальный ландшафт носителя — поле битвы, где сталкиваются его собственная, измученная воля и чёрная, кишащая тень духа. Если, да поможет вам Мерлин, вам удастся победить, то переходите к четвертой фазе. Клятва и Печать. Когда тень, поверженная его волей, отступает, оператор подносит к губам носителя Чашу Равновесия. Он должен сделать глоток и произнести: «Клянусь кровью, что течёт во мне. Клянусь волей, что сильнее страха. Клянусь именем, что я себе выбрал. Быть господином своему демону до следующего полнолуния». И… все.