Зелье, успокаивающее разум.
Ни хрена не работало.
Может быть, стояло так долго, что выветрилось? Но Снейп столь щепетильно относился к своей коллекции, что не стал бы хранить просрочку.
Он вчера отлично потрахался, немного подразнил грязнокровку, не так удачно, как обычно, почти не вспоминал Люциуса. Грейнджер немного подпортила ему статистику, но чего ещё от неё ожидать? Она всегда всё портит.
Кстати.
Хоть что-то хорошее с утра.
Салазар обратил внимание на его воззвания и наконец-то вымыл грязнокровку из башни.
Грейнджер куда-то умотала с самого утра.
Возможно, к своим дружкам. Или в библиотеку. Времени до занятий было ещё достаточно.
Малфой поднялся с кровати. Послонялся по комнате и раздражённо саданул кулаком в стену. После подумал немного, опустился на пол, отжался сто раз на кулаках, пока мышцы не забились, чтобы хоть немного скинуть накатившие на него раздражение и разочарование.
Зелье не подействовало. Не так, как нужно.
Грязнокровка не станет его слушать. Полезет в самое пекло. Но ему ведь насрать. Даже если потрошитель, кем бы в этот раз он ни стал, порвет её на клочки.
И ведь тогда никто больше не будет вонять своими сиропами на всю гостиную. Никаких шерстистых котов. Поттер с Уизли наконец-то будут писать рефераты самостоятельно и хоть что-то конспектировать на лекциях… Никакой очаровательной родинки у пупка. И поцелуев. Отчаянных. Горько-сладких. Запретных.
Он рывком поднялся, стряхивая с себя липкое наваждение. У них совместный урок с Грифиндором. Грязнокровка не может там не появится.
А вечером он попробует принять больше зелья.
Хогвартс утром был всё так же мрачен. После второго убийства даже пробивающиеся в окна редкие лучи солнца не добавляли радости.
На самом деле это место никогда радостным и не выглядело. Как и все закрытые английские школы, куда детей спихивали на весь год.
Ну разве что в дни квиддичных матчей…
Их факультет ещё больше обособился. Странно, как слизеринки решились на девичник. Устроили пир во время чумы. Но им всё нипочем. Пэнс планировала такие мероприятия ещё на каникулах, считая посиделки чистокровных наследниц отличным поводом закрепить полезные знакомства. Даже с Асторией, которую считала соперницей, на людях она держалась подчеркнуто вежливо. Ну пыталась хотя бы. Все и так всё понимали. Слизерин – как маленькая семья. Гораздо более принимающая, чем большая часть его собственной.
Малфой фыркнул, решив, что слишком распустил сопли.
Вечеринка – не такая уж плохая идея на самом деле. Каждый поддерживает себя как умеет.
У него мало близких людей. Только о них и стоит думать. Остальные – расходный материал. Будет ли он горевать, если потрошитель всех в школе перережет? Ну разве что…
Не стоит об этом думать. Глупо и бессмысленно. Трата душевных сил.
– Что с тобой? – бросил Драко без особого, впрочем, любопытства, падая на скамейку рядом с Блейзом на последней парте.
Все приковали внимание к мрачному Нотту, который бурчал что-то себе под нос и замолчал с появлением однокурсника.
– Травму получил, – с еле сдерживаемым смехом ответил Блейз.
– Пизданулся с метлы? – уточнил Драко, глядя на прихрамывающего Нотта. – Не надо бухим летать.
Наверняка, нализался до мгновенного горизонтального состояния.
– Лучше бы пизданулся, – буркнул Тео, неловко ёрзая на лавке.
Драко вопросительно приподнял бровь.
– Расскажи, иначе я это сделаю, – азартно предложил Блейз.
У слизеринца чесался язык, и Тео бросил на него злобный взгляд.
– Нотту сломали член! – радостно выпалил Гойл, открыто встречая злобный взгляд однокурсника. Ему не терпелось поделиться – всё такие же пухлые, как на первом курсе, щеки дергались, выдавая это нетерпение.
– Салазар! Как тебя угораздило? – закатил глаза Малфой.
– Горячая попалась штучка, – буркнул он.
– Ты теперь выбыл из строя, так что теперь все девчонки наши. Да, Драко?
Гойл ощутимо ткнул его локтем.
Малфой поморщился.
– Он мне никогда конкурентом и не был.
– Даже если у нас с Драко, не дай Салазар, отвалятся члены, вам от этого давать больше не станут, – припечатал Забини.
– Мне капец как не нравятся такие примеры, – мрачно процедил Драко.
– Что с тобой? Опять не выспался?
Забини мгновенно стал серьезным.
– Выспался. Но всё равно паршиво.