Так по-грейнджеровски.
Он едва не хмыкнул. Но сдержался.
Чтобы не спугнуть это выражение.
Ему было интересно, к каким выводам она придёт.
Оттолкнет ли его сейчас?
Должна. Она должна это сделать.
Пожалеть.
Осознать, что натворила.
Потому что для него это не значит то же, что для неё.
Маленькое пятнышко на репутации.
Вмятина на снегу.
Было бы так. Если бы об этом кто-то узнал. Она же не…
Вряд ли.
Но вот она здесь. Всё ещё машинально сжимает его плечи. И в её глазах нет привычной паники из-за его близости. Нет того сожаления, которое он так ждет.
Салазар, она просто… начинает дрожать в его руках, потому что высушивающее и согревающее заклинания, которые он всё-таки наспех наложил перед сексом, постепенно начинают выветриваться, а они больше не рвутся на встречу друг другу, жарко сталкиваясь телами.
И сейчас отличный момент, чтобы отлепить её от себя и свалить. Дело сделано. Непонятно зачем, но сделано.
Бля, кого он обманывает? Понятно, зачем. Чтобы получить то, что хочется. Избалованный мальчик-аристократ всегда получает то, что хочет.
Нельзя нарушать порядок вещей. И если в этот раз ему понадобилась грязнокровка…
Парень неохотно оторвался от нежного тела, влажного от пота и таявшего снега.
Надо сделать это быстро, не размазывать эту дурацкую теперь сцену. Когда они голые в снегу у озера.
Малфой резко дёргается назад, заставив её на автомате вцепиться сильнее. Он тянет её за собой, зацепляя пальто. Накидывая на плечи, когда они встают. И отходит на пару шагов. Оно доходит ей почти до щиколоток и очень широко в плечах. Делает ещё более маленькой и хрупкой. И смотрится… как-то до ужаса хорошо.
Ему не стоит ей любоваться.
Странная установка для парня после секса, но всё же. У Малфоев куча странных установок, делающих их теми, кто они есть. Могущественными и влиятельными.
И несчастными. Несчастными больными ублюдками – если точнее.
– Грейнджер, надеюсь, ты больше не станешь пытаться оборвать свою жалкую жизнь. Не хочу снова привыкать к новой соседке. А старуха со Снейпом точно подсунут мне ещё более раздражающую дуру, чем ты.
Он сказал это небрежно. Не глядя на неё. Но в конце фразы всё же посмотрел девушке в глаза. Просто чтобы убедиться, что она слышала его.
И она точно слышала. Ловила каждое слово. В какой-то момент Малфою показалось, что она сейчас огрызнётся, но гриффиндорка лишь коротко кивнула.
И это все же заставило его ухмыльнуться. Как всё-таки благотворно влияет секс на девчонок. Он не припомнит, чтобы она когда-то была такой покладистой. И надолго ли хватит этого эффекта?
Малфой пошевелился, снова заставив гриффиндорку вздрогнуть.
Она будто боялась, что он ударит. За то, что заставила его чувствовать. А он чувствовал что-то. Определённо. Несмотря на свою неопытность, девушка знала это совершенно точно.
Грейнджер нерешительно глянула на него, а Малфой лишь раздраженно махнул головой в сторону школы.
Нет, она ведь не думала, что они пойдут вместе, взявшись за ручки.
Тихо скользнула вперед. Ни тяжелых вздохов, ни тем более истерик.
Малфой не глядел ей вслед.
Он смотрел на отпечаток. Вмятину на снегу от его пальто, на котором они лежали только что. Как скоро её припорошит свежим снегом? Сможет ли он так же быстро забыть об этом эпизоде?
Глава двадцатая
«Грейнджер, надеюсь, ты больше не станешь пытаться оборвать свою жалкую жизнь. Не хочу снова привыкать к новой соседке. А старуха со Снейпом точно подсунут мне ещё более раздражающую дуру, чем ты».
Слова прокручивались в голове.
Только они.
Без каких-либо собственных мыслей.
Без привычных для гриффиндорки попыток анализа.
Только они.
Может, потому что он особо ничего больше и не говорил. Существенного – в смысле. И даже в процессе… Мерлин, дай ей сил не сойти с ума!
Но то, что он сказал…
Это снова было похоже на… какую-то извращённую, мерзко и грубо выраженную, но всё же заботу. Вероятно, то единственное её проявление, на которое вообще был способен Малфой.
Она хотела съязвить, но слишком хорошо научилась слышать не слова, а то, что за ними. Неплохо научилась переводить сама себе с его языка. Со змеиного. Да она почти змееуст.
Мерлин.
Гермиона смогла только кивнуть в ответ. Ей, по правде говоря, не хотелось вообще ничего обсуждать.
Она и не ждала, что Малфой искупает её в море нежности. Ни эмоциональной, ни физической теплоты. Ничего такого. Но чёрт… это было больно. Первые пару минут. А потом всё-таки немного приятно.