Привычная суета и выстраивающийся в голове план. А может, действительно – не такая это плохая идея? Надо было на что-то отвлечься.
– Полагаюсь на вас. Уверен, вы организуете всё наилучшим образом.
...
– Как ты думаешь, это проклятие может заставить волшебника ненавидеть... маглорождённых настолько сильно, чтобы начать их убивать?
Она смотрела на него исподлобья.
Не то чтобы он не ожидал такого вопроса.
Не то чтобы он сам себе его не задавал.
Не то чтобы он вообще за все эти дни не погряз по уши в разных вопросах.
Ответы не находились.
Но всё-таки он бы не признался себе, что ему нужна её помощь.
Может, небрежно упомянул о том, что она пригодилась бы. В конце концов, нудное копание в книгах, с целью найти непонятно что, никогда не было его сильной стороной.
Грейнджер сидела в кресле, повернувшись к нему и положив предплечья на подлокотник. Драко развалился на диване, лениво оценивая её вытянутые ноги. Она скрестила их и слегка шевелила носком. Признак нервной задумчивости. Шестерёнки в её голове не прекращают крутиться. наверное, даже во сне. Но бывают моменты, когда это происходит быстрее, чем обычно.
Как сейчас.
Когда она ему не доверяет.
Ноги у неё красивые. И он не против, чтобы они снова обвились кольцом вокруг его торса. Или можно закинуть их себе на плечи.
Отражавшиеся на лице вопросы, которые, Драко был уверен, крутились в её голове, он и сам себе задавал.
Почему был с ней откровенен? Почему решил рассказать обо всём?
И почему-то совершенно уверен, что она не сдаст его. Даже зная такие неприятные подробности. Его эго упивалось, усмехалось и купалось в самодовольстве.
Он бы хотел знать все причины, которые заставляли её помогать ему, покрывать его.
И то, что он был тем, кто забрал её девственность, вряд ли стояло бы на первом месте в списке. Слишком просто для Грейнджер.
– Думаешь, в них сидит похожая дрянь? – Малфой не скрывал скепсиса.
– Нам не стоит исключать этот вариант.
– Мне слабо в это верится. Их родители невеликого ума люди. Чистокровность этого, к сожалению, не гарантирует, – при этих словах Гермиона не удержалась от усмешки – всё-таки какие-то вещи он признаёт. Драко сделал вид, что не заметил её реакцию, и продолжил. – А мои точно не стали бы делиться с ними своими тёмно-магическими находками.
– Тогда почему они это делали? Установлено, что они совершали преступления не сами, ими управляла некая злая воля. Вроде бы мотив примерно такой же как у того духа, что сидит в тебе. Но в тоже время, на них не нашли следов проклятия, а их буквально выпотрошили.
– Авроры делятся с тобой деталями расследования? – немного раздражённо уточнил Малфой.
– Нет, я читаю «Пророк», – Грейнджер важно задрала нос. – А ты разве нет?
– Да Салазара ради, Грейнджер. Все эти вскормыши Риты Скитер могут сильно преувеличивать, а то и вообще привирать.
– Возможно, – не стала спорить Гермиона. – Но всё-таки, есть факт – Флинта и Блетчли поместили в больницу Святого Мунго после многочисленных допросов. Скорее всего, их личности были практически стёрты после всего того, чему их подвергли в застенках Визенгамота. Помещать их в Азкабан не имело особого смысла. Там даже дементорам нечем поживиться теперь, безумные им не особенно интересны. Это уже что-то вроде животных.
Она и сама удивлялась тому, насколько спокойно и прагматично рассуждала о таких вещах. С каких пор? Хотелось верить, что это дурное влияние Малфоя. Но тогда пришлось бы признать сам факт этого влияния. Тупик.
У Гермионы не было ни капли сочувствия к тем, кого подвергали ментальным пыткам. И возможно, впервые в жизни она честно спросила себя – а почему, собственно, я должна им сочувствовать?
– Даже если это какое-то криво наложенное проклятие, которое заставило их съехать с катушек, достоверно мы этого не узнаем. Авроры не будут столь любезны и не расскажут, чего они там наковыряли в их мозгах.
– Но мы можем посмотреть сами.
На лице Грейнджер расплылась торжествующая улыбка.
...
– Ну, где ты это взяла?
Малфой стоял на крыше Астрономической башни, устало опираясь на древко своей метлы.
Он был одновременно и рад, и не рад возобновлению квиддичных тренировок.
Совсем уж сенсационной для всех новостью стал предстоящий матч против Гриффиндора. В соперники им выбрали Слизерин, естественно. Никто не стал бы собираться ради пяти жалких минут, за которые грифы разделают команды дефективных.