Виталя удивлённо поднял брови. Лёва прыснул. А вот Артём сегодня не шутил и не паясничал. Он сидел какой-то встрёпанный, с ошарашенным видом и нервным жестом убирал с глаз русые волосы.
– Алла, всё нормально? – почти шёпотом поинтересовалась Вера через стол.
– Всё прекрасно, – выдала Алла, но лицо её ничего не выражало.
«Ладно», – подумала Вера. Но беспокойство крошечным червячком зашевелилось внутри.
Небо затянули перистые тонкие облака. Сквозь них, словно через кружевную салфетку, тянулись к земле косые лучи утреннего солнца. Вера смотрела на солнце и на облака, но чувствовала лишь тревогу.
Когда с овсянкой было покончено, день пошёл по заведённому порядку. Студенты потянулись на раскоп. Артём плёлся где-то в хвосте. И Вера специально отстала.
«Нужно спросить: не случилось ли чего на дежурстве?» – подумала она.
Коновалов шёл, уставившись под ноги, ничего не замечая вокруг себя.
– Артём, – неуверенно начала Вера, – как на дежурстве было?
От неожиданности тот вздрогнул и чуть не споткнулся.
Он, обычно весёлый, сейчас выглядел потерянным.
– Ну, э… – мямлил Артём.
Вдруг он посмотрел Вере прямо в глаза, пристально и серьёзно, словно решаясь на что-то.
В этот момент рядом оказался Саша и по-хозяйски обнял Веру, как будто заявляя на неё свои права.
– Нормально. Дежурство как дежурство. Лес, комары, – с деланным смешком выдал Артём и прибавил шагу.
Саша вопросительно взглянул на Веру.
– Алла странная какая-то. Ну, я подумала, может, на раскопе чего случилось, – объяснила Вера.
– Вроде нормально всё. Алка просто любит эпатировать публику, – сказал Саша.
На раскопе Парамонов провёл экскурсию гостю. Студенты принялись за работу. Земля хранила следы дождя, но это не мешало, можно было продолжать раскопки. В какой-то момент Вера улучила возможность остаться с Аллой вдвоём. Та уверенными монотонными движениями снимала грунт. Алла любила обсуждать парней, особенно во всех интимных подробностях. И Вера, пересиливая себя, начала:
– Мы с Сашей целовались и ...
– Почему мне должна быть интересна эта пошлость? – перебила Алла тоном строгой учительницы.
Вера остолбенела.
– Работай, а не болтай, – добавила Алла.
– Что с тобой не так? – закричала Вера.
– Со мной? С тобой что не так? – громко холодным голосом ответила Алла.
В её глазах больше не было прежней весёлости. Аллу будто подменили.
Все стали оборачиваться.
На крик подошла Наталья Борисовна.
– Что у вас тут? – спросила она.
– Всё в порядке, Наталя Борисовна, – продекламировала Алла.
Вера, ошарашенная, не знала, что сказать.
– Выясняйте отношения шёпотом. Без криков, – попросила Наталья Борисовна.
Алла кивнула.
– Ты на меня злишься за что-то? – зашептала Вера, когда Наталья Борисовна отошла. – Из-за значка? Ну нет у меня значка.
– Вера, я не злюсь и не обижаюсь. Закончим на этом. Вместо пустой болтовни давай продолжим работу, – равнодушно произнесла Алла.
Красный галстук на её шее чуть шевелился от лёгкого ветерка. Алла повернулась и как ни в чём не бывало продолжила работать скребком.
Вера больше не заговаривала с Аллой. Время до обеда, казалось, тянулось бесконечно. Артур Владимирович, которого про себя Вера прозвала Профессором, работал наравне со всеми. Но его идеальная причёска ничуть не растрепалась. Он выглядел таким же лощёным, каким его впервые увидела Вера. Солнце высоко поднялось над горизонтом. Реденькие полупрозрачные облака не спасали от палящих лучей. Несмотря на жару, Веру бил озноб. Предчувствие беды холодными щупальцами сжимало сердце.
Дежурные ушли в лагерь. Близился обед. За это утро плиту расчистили почти наполовину. И между делом взрослые спорили о её природе и назначении.
Наконец Парамонов скомандовал:
– Отбой. Идём на обед.
Уставшие студенты потянулись с раскопа. Вера почувствовала, как ей не хватает Аллиного заливистого смеха, всюду сопровождавшего её.
На поляне в одиночестве кашеварил Виталя.
– А Зубр где? – недовольно спросил он, когда первые студенты прошли по насыпному мосту. – Я что, один тут должен отдуваться?!
– Он же с тобой ушёл, – заметил Саша.
– Ушёл. А потом вернулся, – сердито произнёс Виталя.
– Не, не возвращался, – ответил Саша.
– Эй, народ, Зубр потерялся, – весело крикнул Лева.
– Вот дебил. И где он? – в сердцах выругался Виталя.
Подошла Наталья Борисовна.
– Что случилось? – уточнила она с озабоченным видом.
Виталя объяснил.
– Нет. Зубарев не возвращался на раскоп, – задумчиво протянула Наталья Борисовна. – А зачем он вернулся?
Виталя пожал плечами:
– Вроде олимпийку забыл.
– Вот она, – Белуда держал в руках Колину олимпийку.
У Натальи Борисовны все краски слетели с лица, она стала белая как мел.
Подошли Парамонов и Профессор.
– Что за шум, а драки нет? – весело спросил Игорь Поликарпович.
– Зубарев пропал, – с ходу ляпнул Лёва.
Парамонов нахмурился.
– Артур Владимирович, студента не видели? – задал вопрос начальник раскопа.
– Нет, – сообщил Профессор.
Вера удивилась вопросу. «С чего вдруг Парамонов у Профессора спрашивает?»
– Так он же дежурить пошёл, – повторил очевидное Игорь Поликарпович и посмотрел на Виталю.
Виталя развёл руками и снова рассказал, как всё было.
– Не мог же он в трёх соснах заблудиться, – произнёс Парамонов.
Вере казалось, что всё происходит как во сне, не по-настоящему.
– Он, конечно, глуповат. Но не настолько же, – заключил Виталя.
– Может, он в сельпо пошёл, – предположила Алла. – Он вчера банку сгущёнки один съел. Обещал купить.
– Как бы он мимо меня прошёл, да так, что я не заметил? Да и кто так делает? Не сказав ничего, пойти в сельпо, – усомнился Виталя. – А ты, Виталик, готовь один. Так, что ли?
– А чего ты сразу не забеспокоился? – заметила Алла.
– Ну это ж Зубр. Что с него возьмёшь? – оправдывался Виталя.
Наталья Борисовна причитала, говоря о педкомиссии и ответственности за студентов.
– Ну взрослый же человек, двадцать с лихом лет. Куда он денется? Придёт, – неуверенно выдал Игорь Поликарпович.
Артём всё это время молчал, что удивило Веру.
– Предлагаю подождать и не горячиться. Мало ли что молодому человеку в голову взбрело, – начал Артур Владимирович.
– Я этому молодому человеку ноги оторву, когда придёт, – в сердцах сказал Парамонов. – Наталья Борисовна успокойтесь. Ещё ничего не случилось.
– Зубарев – разгильдяй, да, но не ребёнок. Как он мог уйти, ничего не сказав? Вдруг с ним случилось что, – рассуждала Наталья Борисовна. – Игорь Поликарпович, надо искать.
Парамонов выругался.
– Наталья Борисовна, а с обедом что? – спросил Лёва.
Повисла тишина. На лицах археологов в разной степени проступало беспокойство. Только Артур Владимирович имел отстранённый вид. Парамонов хмурился, прикидывая что-то в уме. У Натальи Борисовны, кажется, снова поднялось давление. Она села под навес и выглядела неважно.
– Так, студенты, полчаса, полагаю, не сделают погоды. Сейчас обедаем и ждём вашего товарища. Надеюсь, он сможет объяснить, какого чёрта тут происходит? – громко проговорил Игорь Поликарпович.
Наталья Борисовна выразительно посмотрела на него.
– Не придёт – будем искать, – добавил Парамонов в ответ на этот взгляд.
Обедали молча, то и дело озираясь то на лес, то на тропу в деревню. Коля так и не появился. Только опустела первая тарелка, и Парамонов объявил:
– Ладно, давайте по парам, четверо – в лес, двое – до сельпо. Мы с Артуром Владимировичем к раскопу. Игорёк, ты вокруг лагеря прочеши.
Наталья Борисовна осталась под навесом на случай появления нерадивого студента. У научного руководителя в самом деле поднялось давление. Глаза её были красными. Казалось, она вот-вот заплачет.