Выбираю длинный путь, не желая ждать Кэла. Я проезжаю через пик Чепмена, крутые ветреные дороги ведут через Хаут-Бей и Суйкербосси к живописному побережью, которое приводит меня в город. Проехав через центр города и оказавшись на другой стороне залива, я вижу гору Тейбл, возвышающуюся над шумным городом. На ней действительно есть на что посмотреть в поздний полдень, и над ней нависает облачная скатерть — обычно это предупреждение о том, что завтрашняя погода будет просто дерьмовой. Солнце уже почти скрылось за горизонтом над бухтой Тейбл, и видны огни танкеров и траулеров, которые ждут в море, чтобы зайти в док. Когда я въезжаю в бухту Тейбл, я вижу сотни кайтсерферов в бухте, использующих все возможности ужасного ветра, который разыгрался не на шутку здесь за последнюю неделю. Их разноцветные воздушные змеи несутся по воздуху с бешеной скоростью, буквально, эти парни постоянно ломают кости, ведь вода похожа на бетон, если ударяться о нее достаточно быстро. У нас в долине нет ветра, и я совсем не против этого. В Франсхуке гораздо спокойнее, чем в городе; нет баров и клубов, это маленькое причудливое местечко, и мне нравится, что здесь спокойно.
Я еду по пляжу и паркуюсь у «Додлс», небольшого бара/закусочной на берегу. Он существует здесь уже много лет, и пока многие другие открывались и закрывались, этот оставался на месте. Я занимаю столик на открытой террасе и заказываю скотч у слишком кокетливой официантки. Я не выгляжу на свои сорок два года, и ко мне часто пристают молодые девушки, чьи трусики засадили бы меня в тюрьму, если бы я в них залез. О, подождите, эта тупая, забытая богом страна тупых задниц сделала возраст для секса по обоюдному согласию тринадцать лет, поскольку их некомпетентные полицейские и суды не могли справиться с тысячами изнасилований ежедневно. По одному каждые четыре минуты. Может, я и убийца, но изнасилование — это преступление, которое меня очень раздражает. Секс — это то, что никогда не должно быть оружием. Меня воспитывали в духе уважения к женщинам, даже к тем, которых приходилось убивать. Да, я в курсе про пословицу: «чья бы корова мычала…»
Кэл опаздывает, как всегда, он перешел на африканское время. Здесь никто не имеет понятия о пунктуальности; они приходят, когда захотят. Меня это раздражает, хотя после стольких лет я все еще могу определять время и читать часы, черт возьми. Я сижу на палубе «Дудлс» и нетерпеливо жду своего друга, официантка приносит заказанные мной напитки, а я потягиваю виски, наблюдая за людьми, гуляющими по берегу на пляже, некоторые из них с детьми или собаками — все они не обращают внимания на монстра, сидящего здесь и наблюдающего за происходящим. Я идеально вписываюсь в это место и наблюдаю за тем, как их мир проходит мимо меня, а мой мир гораздо темнее.
Замечаю, как слишком яркий «Мерседес» Кэла подъезжает и паркуется перед «Дудлс». Он выглядит одинаково каждый день: черный костюм неизменная тройка, его длинные светлые волосы растрепались от ветра. Он не хочет их стричь, это его последний акт бунта против отца. Лично я не могу носить костюм каждый день; мне нравится носить удобные вещи. Наверное, в мире экологических наркотиков он должен выглядеть соответствующе. Кэл — типичный ирландец, у него светлая кожа, волосы и лукавые зеленые глаза, которые иногда пугают меня.
— Ро, — громко приветствует он меня, хлопая по плечу.
— Я заказал тебе скотч, и ты опоздал, — огрызаюсь, его небрежное отношение ко времени раздражает меня, и он это знает. Я уже почти допил свой напиток.
— Извини, приятель, но мои клиенты живы, и мне приходится с ними встречаться. Так что же заставило тебя так разозлиться? — Его ответ пронизан сарказмом.
Делаю глубокий вдох, обдумывая, с чего начать рассказ.
— Ну.... Помнишь мой проект по преследованию несколько лет назад? Он привел к тому, что я облажался самым худшим образом.
— А-а-а, очень сексуальная дочь мертвого босса, на которую было чертовски приятно смотреть. Что случилось? Она тебя узнала? Донесла на тебя? Я думал, ты больше не следишь за ней? Мы можем это исправить, у меня есть парень в отделе наверху. — Он говорит с блеском похоти в глазах, он говорит так быстро, тогда до меня доходит — он весь день был под кайфом. Он хуже, чем ребенок с СДВГ (Синдром дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ) — это поведенческое и нервно-психическое расстройство, характеризующееся невнимательностью, гиперактивностью и импульсивностью, которые являются распространенными, ослабляющими и в остальном неуместными для возраста. Некоторые люди с СДВГ также проявляют трудности с регулированием эмоций или проблемы с исполнительной функцией), когда у него есть сладкое.