Черт возьми, я ненавижу испытывать какие-либо эмоции. Раньше все было так просто, когда их не было вовсе.
Глава 48
Лаури
«Когда демоны приходят и зовут тебя в неизвестную тьму, сделай что-то настолько смелое, настолько дерзкое, что это сделает тебя бессмертным; прыгни в тени в одиночестве».
— Миа Холлоу
Роуэн ушел не так давно, и я уложила Эйвери в кроватку. Тишина и покой. Никаких посетителей, сегодня ночью я одна. Выхожу на террасу и просто дышу. Холодный ночной воздух наполняет мои легкие, почти обжигая их. Мне нужен был момент, всего лишь крошечный кусочек времени, когда я могла бы просто молчать и никуда не спешить. Последние две недели были тяжелыми для Роуэна и для меня, но все позади. Наш ребенок дома, в безопасности, и, несмотря на все мои страхи и неуверенность, я могу быть мамой. Роуэн в роли отца стал еще сексуальнее в моих глазах. Он так сильно любит этот сладкий розовый комочек, я вижу это в его глазах. Буря почти исчезает из его голубых глаз, когда он смотрит на нее.
Я закрываю глаза на несколько минут. Я так устала, но спать пока не хочу.
Сижу с закрытыми глазами долгое время, переживая снова момент появления Эйвери в нашей жизни. Оказывается, животный секс после убийства вызывает роды — для тех дам, кто хочет ускорить процесс. Сейчас это кажется нам смешным, но в ту ночь я чувствовала только страх. Холодная, ледяная хватка страха сковала каждую часть меня, и у меня случилась паническая атака во время родов, так что я пропустила момент, когда она появилась на свет. Я касаюсь своего шрама — он все еще болит и чувствителен к прикосновениям, но это делает все реальным. Я не боюсь боли, я боюсь многого, но боль — не из этого списка.
Я погружена в свои мысли, когда слышу это. Я чувствую шепот слов на своей щеке, и вот он, мой страх.
— Привет, крошка.
Нет времени паниковать. Мои глаза широко открываются, передо мной стоит чертов дьявол. Я знаю, почему он здесь; он говорил, что придет за мной. Я разрываюсь между тем, чтобы бороться с ним, и тем, чтобы убежать без крика, когда он снова говорит:
— Если будешь сопротивляться, крошка, я убью его и ребенка. Если уйдешь тихо и позволишь мне закончить начатое, я исчезну, и они останутся живы.
Он решил за меня. Я не буду бороться. Я люблю Роуэна и Эйвери слишком сильно, чтобы подвергать их опасности. Я не хочу, чтобы их души были на моей совести. Я знаю, что он оставит их в покое — он гордится тем, что держит свои обещания. Так что я смотрю в его темные, дьявольские глаза и заставляю его сказать это:
— Пообещай, что оставишь их в покое.
Он улыбается, злая улыбка, которую я знаю всеми худшими частями своего разума.
— Ты знаешь, что я держу слово, крошка, так что да, я обещаю.
Я киваю ему и молча шепчу молитву в голове.
— Пожалуйста, пусть Роуэн вернется домой. Не оставляй ее одну надолго. Пожалуйста, прости меня за монстра в моей душе и убедись, что этот человек тоже заплатит за свои грехи. Пусть это будет быстро. Я готова. Я знаю, что любила и что меня любили больше, чем я того заслуживала. Я знаю, что Роуэн будет сломлен, но также знаю, что Эйвери исцелит его. Спасибо за то, что позволил Роуэну быть моим. Он освободил меня; на этот раз я готова умереть. Боже, я умру, чтобы они были в безопасности от этого дьявола.
Я вижу отвращение на его лице при виде моих татуировок. Он больше не видит во мне то, что хочет, только объект, который нужно уничтожить. Смотрю прямо в дуло его пистолета. И я знаю, что это конец. Я вдыхаю последний глоток воздуха, но все, что чувствую, — это его запах, и я жалею, что вообще втянула воздух.
Оглушающий треск, затем жгучая боль пронзает меня. Потом... тьма. Это происходит моментально.
На этот раз я знаю, что мертва. Я знаю, потому что сижу рядом со своим истекающим кровью телом, наблюдая, как дьявол уходит в темноту. Его крупная фигура очерчена лунным светом, и я вижу, что его демоны, наконец, ушли. Убийство меня вернуло его к жизни. Я знаю, что он не вернется за ними — это всегда было только обо мне.
Я еще не готова уходить. Я оставляю свое тело снаружи и иду сидеть рядом с моей малышкой. Шум разбудил ее, но я ничего не могу сделать, чтобы успокоить ее плач, кроме как надеяться, что Роуэн скоро вернется.