Мы уже довольно далеко отошли, и Амия останавливается и садится прямо на землю, так что я просто следую её примеру и сажусь напротив неё, наши задницы на пыльной земле под лозами.
— У меня есть идея. Когда мы с Робом играем… ну, назовём это игрой. У меня есть набор стоп-слов, которые я могу использовать, чтобы замедлить процесс или полностью остановить его. Думаю, это может помочь тебе. Если чувствуешь, что ситуация выходит из-под контроля, можешь сказать одно слово, чтобы замедлиться, а если ты на грани панической атаки, другое слово, чтобы полностью остановить. Что касается того, чтобы сделать что-то неправильно, если ты трогаешь его член, ты не можешь сделать что-то неправильно. В этом нет ничего такого. Все мужчины любят, когда их трогают.
— А если он не остановится?
— Доверься ему, Лаури. Он не причинит тебе вреда. Он остановится. — Она почти огрызается. Замечаю, как она сразу же сожалеет о своей реакции. — Извини, я не лучшая подруга, когда дело доходит до сентиментальностей. Я знаю, что он не причинит тебе вреда, но тебе нужно сказать ему, что ты чувствуешь и чего хочешь, Лаури. Он не умеет читать мысли.
Я знаю, что она права.
— Спасибо, Амия. Значит, игра, да? Я бы не сказала так. — Я одариваю её глупой улыбку и поднимаю брови. Она качает головой и хихикает, прежде чем ответить.
— Лаури, я знаю, что ты не монашка, серьёзно. У нас с Робом свои вкусы, вот и всё, — она шутит, вставая и поднимая меня на ноги.
— А по ощущениям так и есть, — шепчу в ответ, хотя не думаю, что она меня услышала.
Мы возвращаемся в амбар, где хранится моя маленькая мечта, и вскоре начинаются поставки. Мы так заняты перемещением вещей и распаковкой коробок с тарелками и стеклянной посудой, что я не замечаю, как через огромные двери входят Роуэн и Робин. Это громкий визг Амии, когда Роб хватает её сзади, привлекает моё внимание. Роуэн выбирает более мягкий подход и целует меня в висок. Мужчины приступают к работе и подключают новую звуковую систему, и вскоре мы все работаем под музыку с моего iPod. Мы вчетвером смеёмся и наслаждаемся временем, дурачась, пока работаем. Роуэн загоняет меня в угол у двери кухни и украдкой дарит довольно горячий поцелуй, от которого у меня перехватывает дыхание, и я снова краснею. Амия подмигивает мне, что только усугубляет ситуацию. Мне некомфортно проявлять нежность на публике, это заставляет немного съёживаться. В этот момент Амия объявляет, что на сегодня работа закончена, и они с Робином уходят. Остальной персонал уже давным-давно ушел.
Роуэн и я провожаем наших друзей, и я возвращаюсь, чтобы запереть амбар. Когда выключаю свет, погружая огромное открытое пространство в полную темноту, Роуэн обнимает меня сзади своими сильными руками и целует чуть ниже уха. Этот легкий поцелуй вызывает во мне что-то, чего я никогда раньше не испытывала. Раньше в животе были бабочки, но сейчас они у меня в штанах, и кажется, будто горят. В полной темноте амбара я поворачиваюсь в объятиях Роуэна и понимаю, что готова попробовать поддаться этому, до невозможности сильному, физическому влечению. Но сначала нам нужно поговорить об этом. Мне нужны правила, чтобы пережить это, если у нас есть хоть какой-то шанс.
Я утыкаюсь лицом в его сильную грудь, вдыхая его запах, и начинаю говорить. Думаю, я смогу сказать это, если он не увидит, как я краснею, как девочка-подросток. Здесь, в темноте, в моей сбывшейся мечте, моё лицо надёжно скрыто.
— Роуэн, я готова позволить тебе прикоснуться ко мне. По-настоящему. — Теперь самое трудное. — Я тоже хочу прикасаться к тебе; хочу, чтобы ты показал мне, как это делается. Как доставить тебе удовольствие. Я хочу быть всем, что тебе нужно.
Он крепче прижимает меня к себе, и я слышу, как его дыхание сбивается от моих слов. Я знаю, что он хочет этого. Он ждал меня.
— Но мне нужен способ сказать, чтобы ты замедлился или остановился, если я начну паниковать, например, стоп-слово, или что-то вроде этого. — Последнюю часть я произношу, путаясь в словах, не переводя дыхания.
Из него вырывается тихий смешок; это совсем не смешной момент.
— Откуда ты знаешь о стоп-словах, дорогая? — Он притягивает моё лицо к своему, но я по-прежнему ничего не вижу, только чувствую его дыхание на своей коже.
— Амия, — это всё, что я могу сказать. Моё сердце колотится от желания, нервов и страха, и я думаю, что оно может разорваться.
— Теперь мне все ясно. Я хочу, чтобы ты была уверена, Лаури. Не хочу ломать тебя ещё больше. На самом деле, думаю, идея Амии хороша. Я не возьму ничего, что ты не захочешь дать мне, Лаури. — Я чувствую его губы на своих, когда он нежно целует их. — Мы будем двигаться настолько медленно, насколько тебе нужно, дорогая. Какие будут стоп-слова?