— Мы когда-нибудь увидимся снова? — прошептал он и свесил голову.
Странно. Он бы мог просто попросить меня о встрече, но почему-то задал свой вопрос именно так, словно надеялся только на худшее. Я же был уверен, что мы встретимся, даже далеко не один раз.
— Я обязательно приду завтра, — напутствовал я ему и все же решился положить руку на плечо. — Я уже говорил, что хочу тебе помогать. Не ходи никуда, пожалуйста, больше тебе это не нужно. Я все куплю тебе сам, в холодильнике осталась еда, а завтра мы поужинаем вместе. Хочешь?
Он грустно кивнул и ничего не ответил. Я сам готов был с ума сойти от того, насколько мне не хотелось уходить. С ним время словно останавливалось, но меня ждала работа, и я вспомнил о ней, едва переступил порог его квартиры.
Мне нужно было обязательно забежать в офис, так как зарядка для фотоаппарата осталась там, а вместе с ней и ноутбук, на котором хранился рабочий проект. Готовые макеты, рекламные лозунги и прочая ерунда должна была быть мной уже сдана, но я посвящал себя новому делу, о чем ни разу не жалел. Смущало меня только одно — мой коллега, от которого я постоянно прятался по углам, а потому принимал на себя больше работы, чтобы не делать ее совместно.
В офисе я встретился с Минхёком, чему вообще не удивился. Он лишь недавно стал начальником отдела, а потому пока старался выкладываться по полной, занимая работой даже выходные. Мы лениво пили кофе с эклерами, украденными из соседнего стола, и сидели на чужих местах только для того, чтобы быть поближе к окну. Стремительно темнело, и хороший день снова сменялся шквалистым ветром и проливным дождем. Я не очень любил сезон дождей, а потому всегда старался его просто пережить, как и зиму.
Я подошел к окну, провел пальцами по стеклу и смотрел на город с огромной высоты. Видел свое отражение, даже посмотрел ему в глаза, а потом отвернулся, привалившись к стеклу спиной.
— Скажи мне, Мин-хён, я добрый человек?
Минхёк глянул на меня из-за крышки ноутбука, а потом и вовсе захлопнул ее.
— Это как посмотреть.
— Во мне вообще есть что-то хорошее?
Он призадумался, взял свою огромную чашку с кофе и откатился на стуле назад, чтобы бесцеремонно закинуть ноги в носках на стол.
— Ты обязательный, — демонстративно загибал он пальцы. — С тобой всегда можно поговорить, ты вообще мужик довольно благодарный.
Я усмехнулся, особенно над последним словом, и сделал последний глоток, отставив чашку на ближайший стол.
— А что во мне плохого?
— Ты считаешь, что мне надоело жить?
— Очень смешно.
Скрестив на груди руки, я снова посмотрел на то, как крупные капли сбегают по темному стеклу.
— Твоя тихая ярость и жуткая ревность, — вдруг заговорил Минхёк, и мне пришлось посмотреть на него, скептически выгнув бровь. — Я крайне не завидую тому, кто увидит это одновременно.
— Ревность? — фыркнул я на него. — Ты считаешь, что я?..
— Все считают, что ты жуткий собственник, — перебили меня такой усмешкой, словно это было само собой разумеющееся. — Я не знаю, как у тебя на личном, но на работе ты буквально грудью ложишься за то, что сделано твоими руками.
— Это же естественно.
— Естественно, но не до такой степени, что надо было коллеге нос сломать.
Я понял, о чем он говорит, и тихо шикнул, вспомнив разбитую руку, даже сжал ее в кулак, чтобы посмотреть на оставшиеся следы. Это случилось месяцем ранее, когда я вынужден был задержаться, чтобы сдать работу в срок. Мы с Хосоком — довольно любвеобильным коллегой — просидели всю ночь, верстая проект. Я тогда отбил ему все руки, прося, чтобы он убрал их с моих колен, а когда, после незамысловатого десерта с кремом, он решил вытереть пальцами мне губы, пришлось не сдержаться и пустить в ход кулаки. Я не думал, что попаду ему по лицу, но сложилось так, как сложилось. Хосоку пришлось неделю отлежаться дома, а потом пользоваться тональным кремом в тщетной попытке скрыть синяки под обоими глазами.
— Я его ударил не поэтому, — обиженно пробубнил я себе под нос. — Кстати, на эту тему я тоже хотел с тобой поговорить. Ты, как начальник отдела, можешь не ставить меня больше с Хосоком в один проект? Я не смогу работать с ним наедине и уж тем более пригласить домой.
— Когда появится достойная замена, я обязательно тебе сообщу.
— Мин-хён! — воскликнул я и развел руками, отчаявшись достучаться до начальника. — Если меня однажды трахнут в туалете, это будет на твоей совести.
— Ты преувеличиваешь.
— Я приуменьшаю! — перебил я еще более громким выкриком. — И у меня сейчас много времени уходит на то, чтобы заниматься снимками для конкурса, который, кстати, ты мне и подкинул. Мне придется работать ночью, а с ним я ночью работать не хочу…
— Потому что ночью ты работаешь с Джинн…
— А она тут при чем?!
Мы оба замолчали. Минхёк прекрасно знал, что о личной жизни я никому не рассказываю. Я подошел ближе, уселся на угол стола и по-дружески потрепал за колено.
— Я видел твои снимки, — кивнул Минхёк в сторону моего стола, и я повернулся, увидев свой ноутбук.
— Опять рылся в моем ноутбуке?
— Кто он такой? — он всегда умело меня игнорировал и старался избегать или сглаживать конфликты.
— Парень? — я смущенно почесал затылок и едва не вывалил все, желая этим поделиться, но вовремя пресек себя. — Его зовут Чангюн, и он… Он немного особенный.
— Особенный насколько?
Я увидел этот красноречивый прищур и недовольно закатил глаза.
— Тебе со своими шутками к Хосоку, вы явно поймете друг друга.
— А если серьезно?
— Он слепой… — я физически почувствовал, как слово застряло у меня в горле. — Я познакомился с ним при не очень приятных обстоятельствах и немного привязался…
Что мне всегда нравилось в моем друге, так это то, что он умел вовремя замолчать. Вот и тогда он поднялся с кресла и встал рядом со мной, ненавязчиво приобняв за плечи.
— Я спросил лишнего, да?
— Все нормально, — я отмахнулся, посмотрел ему в глаза и кивнул, подтверждая сказанное. — Мне пора домой, я бы хотел выспаться. Завтра я немного опоздаю.
— Я подумаю, как тебе помочь, и поищу замену.
Я обнял его в ответ и отметил сам для себя, что обнимать его почти так же приятно, как Чангюна. Видимо, я не ко всем был категоричен. И это немного успокоило меня, потому что мне казалось, что в отношении этого странного парнишки я перехожу черту, которую сам же для себя провел сапогом на зыбком песке.
— Ты сам не сиди долго, — улыбнулся я, подошел к своему столу и стал собирать вещи в сумку. — Доброй ночи, Мин-хён.
На следующий день единственное, чего мне хотелось, это уйти из офиса как можно скорее. Мне казалось, если я останусь там ещё на несколько минут, то либо сойду с ума, либо выпрыгну в окно. Постоянные перепалки и увиливания от настырных ухаживаний утомляли меня слишком сильно, и я даже ловил себя на мысли, что мне намного лучше одному, даже свободнее. Я быстро паковал свои вещи, засунул очередной небольшой список покупок в карман длинного пальто, мысленно повторяя его в голове. Я даже не заострил внимание на том, что снова решил купить Чангюну какую-то еду, но оправдал себя тем, что в гости с пустыми руками не ходят. А ещё я боялся признаться себе в том, что я просто хотел его увидеть и что-нибудь для него сделать.
Дорога до ближайшего «7-eleven» заняла всего несколько минут — оказалось, что я буквально бежал до магазина. Стараясь действовать как можно быстрее, я уверенным шагом ходил между стеллажей, буквально скидывая необходимые продукты в корзину, даже едва глядя на свой список. Стоило мне выйти из магазина и пройти какие-то сто метров, как меня накрыло в прямом смысле стеной из дождя. Ливень начался слишком внезапно, моментально окутывая меня. К моему величайшему сожалению свой зонт я благополучно забыл дома. Несколько раз чертыхнувшись, я обречённо двинулся вперёд, не меняя своих планов и принимая свою нелёгкую судьбу за сегодняшний день. Хуже быть точно не могло. Однако вселенная снова решила иначе.