― Ты не слышишь, о чем говорит тебе мудрец? Они это мы. Здесь всё тоже принадлежит им, как и нунгар! ― возразил Ягану старейшина из горного северного племени.
― Говоришь так, потому что до тебя Джанда еще не дошли и твой народ не сталкивался с призраками. Мы у побережья первые встретили их. Посмотрим, что ты скажешь, когда тебе нечего будет есть, а у порога всю территорию заполонят их дома! ― закричал Яган во все горло, позабыв, что повышать голос на старейшин во время собраний неприемлемо.
Воины с севера уже решились осадить пыл Ягана. Несколько отборных крепких нунгарцев повыскакивали с мягких шкур и направились к нему. Все бы закончилось потасовкой, но агрессивное обсуждение насущных проблем прервал внезапно ворвавшийся дикарь из конвоя.
― Прошу простить меня, великие воины… Мудрецы! Белые призраки убили одного из наших.
Все замерли, некоторые сначала не осознали суть полученных новостей, кто-то стал перешептываться. Яган сразу покинул здание и побежал на шум к скоплению людей.
Абориген притащил тело своего брата с дырой в голове. Труп окружила вся семья, упиваясь горем. Дочь теперь без отца, а жена без мужа. Мать двух братьев и одной девочки упала в обморок рядом с трупом. Такой раны Яган еще не видел, ведь не имел дел с огнестрельным оружием. Все мудрецы со старейшинами так же подошли, чтобы узреть трагедию. Брат убитого рассказал, что они охотились как положено правом, на своей земле и наткнулись на стадо необычных животных, хотели добить раненого зверя, согласно обычаю. Но в итоге Джанда, при помощи очень странного громкого предмета продырявили его голову.
― А убивать мы тоже позволим наших сородичей белым призракам? Может вы с севера, разрешите им забрать жизнь кого-то из своих? ― посмотрел злостно Яган на старейшину, с которым был конфликт, затем развел руками, обратившись громко ко всем собравшимся, ― Парнишка совсем молод, лишь недавно обзавелся семьей. Вы со своими небылицами про Джанда очевидное не видите. Они всех уничтожат и захватят наши земли. Я иду к Батлеру!
* * *
― Что ты сделал?! ― он, похрюкивая протянул соплю через всю носоглотку и катапультировал ее изо рта на землю.
― Сэр! Они напали на нас и хотели отобрать ваше стадо. Я лишь выполнял свою работу. ― ответил дрожащим голосом остроносый. Ричард не понимал, злится Батлер или нет, но решил все равно смягчить дальнейшее свое осуждение.
Лидер колонии долго сверлил глазами парня, но затем улыбнулся во весь рот и заржал как ненормальный. Его смех так же подхватил и Ричард, правда не совсем уверенно.
― Эти обезьяны приходили на днях, требовали наши запасы. Видимо теперь решили забрать силой то, что мы так долго везли сюда через Атлантический океан. Молодец, Ричард! Отличная работа!
Батлер пожал руку довольному собой парнишке и отпустил его к своему отряду.
― Вы уверены, что после убийства нунгарца не будет последствий? Начальство точно не одобрит размен мертвой коровы на жизнь коренного жителя этих земель. ― высказался переводчик Уильям, который не поверил ни единому слову Ричарда и продолжил, ― На опыте общения с местными, думаю, не было никакого нападения со стороны дикарей, а лишь недопонимание, вследствие чего убийство.
― Да плевать! Выставим все так как и сказал парнишка. Неужели мы поверим не британцу, а этим дикарям? Настало время перемен! – захохотал Батлер во все свое хриплое горло и вцепился зубами в сигару.
* * *
Стоит просто и смотрит на необычного старика, который вырезает фигурки из дерева. Запах опилок и древесины, откуда он его помнит? Странное место, но здесь точно довелось побывать уже не первый раз.
― Тебе пост вельможи не подходит. Мхе. Семеро не с тобой! ― прохрипел старик в пустоту, не оборачиваясь.
Нарал резко проснулся, запах опилок и древесины стоял еще в носу некоторое время и плавно сменился на новый, более приятный аромат. Ничего лучше раньше юный нунгарец не ощущал из еды, пока не попробовал данную вкуснятину. Дикарь даже запомнил название, хотя трудно было произнести. Картофель… Именно таким блюдом его с женой впервые угостил Ральфи. Британец также подарил любимой чугунный горшок небольшого размера. В диковинной штуковине готовить гораздо проще, хотя таскать с собой слыло тем еще наказанием, но это стоило того. Нарал терпеливо нес его. Сам же запах, исходивший сию минуту, не такой пряный как у Ральфи тогда, но тоже ничего.
― Откуда же взялся картофель? ― мысленно задал сам себе вопрос нунгарец, уже и позабывший о странном сне с резчиком.
Нарал привстал и осмотрелся. Кроме старшего брата Виллима, который запихивал под кастрюлю ветки в огонь и его жены, перемешивающей дольки картофеля, больше не было никого.