Когда рыжий отстал от девушки, глядя на дикаря, а затем валяющуюся на земле его жену, он ощутил угрызение совести. Похлопывания по плечу и похвалы уходили на задний план, отдавались где-то далеко в сознании. Когда Ральфи овладел желаемым, то понял какой ценой, заслужил признание в коллективе.
― Ну все! Порезвились, кончаем их и уходим. Ральфи осталось еще одно дело, чтобы уже точно не сомневаться в нем. ― Ричард указал пальцем на Нарала и протянул свой пистолет, ― Пристрели его. Нам же не нужны проблемы в будущем.
Нависло затишье. На миг показалось, что даже шум джунглей исчез. Ральфи конечно же не хотел убивать. Да он и стрелял то только по мишеням на тренировках. Но выбора не было. Если он не убьет Нарала, то это сделает Ричард. Так что какая разница, он все равно не жилец. А ведь его наконец признали в отряде, поздно заднюю давать. Рука сама потянулась к протянутому оружию.
― Наш парень! Ральфи, я в тебе не сомневался, дружище! – присвистнул Ричард и смачно чихнул. Из его длиннющего носа вырвался такой громкий звук, словно что-то взорвалось в ноздрях. Остин обрадовавшись так же кивнул, снял ружье с плеча и передал остроносому парню.
― Я тогда разберусь со шлюхой нунгарской. Думаю Ральфи, что тебе для первого раза хватит пока и дикаря.
По сердцу словно ударили молотом, и оно плюхнулось куда-то вниз к желудку. Ральфи уже было шел к Наралу, но застопорился. Он в этой суете забыл, что на убийстве нунгарца все не закончится. Ведь девушка тоже свидетель. Она лежит и не шевелится, нагая, израненная. Варианты, которые за секунду пронеслись в голове Ральфи вряд ли возможны. Она не полюбит британца после всего и не станет жить с ним как рыжий представлял. Дикарка не заговорит на его родном языке и не будет рожать британцу детей. Все это мираж. Правда в том, что они грязно воспользовались нунгаркой и сейчас Ральфи идет убивать ее мужа. Её смерти Ральфи не желал и дальше больше. Он готов встать на ее защиту, ведь и взаправду влюбился в нее.
― Ричард, насчет это… Ну... Эмм – Ральфи не знал какие доводы привести, чтобы невесту Нарала оставили в покое. Язык не слушался и вместо слов рыжий выплевывал буквы.
― Ну что там у тебя?
Все терпеливо ждали, а парень не знал с чего начать, дабы убедить остальных не трогать девушку.
― Слушай. Есть дело. Давай уже закончим, а? Пора обратно в лагерь. Вернется Батлер и даст задание. Если не будем на месте, то получим вполне справедливый штраф за отлынивание. Кончай уже с ним! ― Ричард было направил пистолет, чтобы выстрелить в девушку.
Остроносый убил бы дикарку без задних мыслей. Для него теперь лишение человека жизни обычное дело. Все произошло очень быстро. Ральфи бросился резко вперед, чтобы помешать. Они сцепились с Ричардом, повалившись на землю. Далее началось то, чего явно никто не ожидал. Одно дело подстрелить аборигена, другое такого же британца вмиг можно было оказаться на виселице, а перед этим пересчитали бы все части тела дубинками. Да и похорон после такого нормальных не будет. Выбросят в канаву труп на съедение зверью. Скрыть все довольно сложно, так как их видели четверых, уходящих из лагеря.
Во время перепалки Ральфи словил пулю в грудь. Резкая боль и нарастающее понимание происходящего перешло в ужас. Причем испугался сильнее всего спустивший случайно курок. Он явно не собирался стрелять в своих.
― Идиот! Зачем ты набросился! Господи!!
Остальные вошли в ступор. Остин и Генри не знали, как реагировать.
― Вы же все видели! Да?! Он сам полез на меня! Так ведь?!
Ричард искал одобрения в глазах у товарищей, но его там не нашлось. Какое бы отношение не было у всех к Ральфи, тот слыл коренным британцем. Дать по морде или перекинуться парой ласковых одно, но стрелять в своих дело то еще. И все это понимали сейчас как никогда. Остин выхватил у Генри ружье и выставил на Ричарда, затем стал пятиться назад.
― Остин, друг! Ты чего удумал, а? ― остроносый спросил дрожащим голосом.
Пока трое создали новый конфликт, Ральфи прижав рану полз к дереву, где был Нарал. Остин с Ричардом наставили друг на друга оружие. Оба не хотели уступать. Один убежден, что убийство своего не простительно, а второй понимал, нельзя отпускать свидетеля. Генри сам не свой просто стоял как вкопанный, шевелил усищами.
― Без шуток! Если хоть один дернется, дроби хватит на обоих! – закричал Остин, давая понять, что преимущество в количестве ничего не решит.
― Остин, брат! Ты реально хочешь начать стрельбу из-за этого тупорылого якоря отряда? Мы же все погибнем здесь и ради чего? Ты подумай, ― рука Ричарда тряслась, держа палец на спусковом курке, ― Он всегда тормозил нас. Скажем всем, что дикари напали на Ральфи, а мы пытались спасти его, но тщетно. Успели лишь отомстить двум этим обезьянам. Ты подумай…