Пронзительный писк в ушах и десятисекундный отчет в виде голограммы. Перед лицом создателя каскада мигали цифры и все ближе к старту, волнение в груди усиливалось. На единице сердце уже чуть прыгало, раскачиваясь на венозных стволах как ребенок на качелях. Не успел данный образ уйти из головы, раздался очень громкий треск ломающейся болванки. Тело резко дернуло и вроде бы чувствовалось падение, а в то же время организму, казалось, что его подкинули вверх. Смешанные ощущения вызывали сильную нарастающую боль в голове и тошноту. Хотелось срочно все отменить, но сделать это невозможно без вмешательства извне. Его не скоро хватятся, да и когда он освободит Проводника, то плевать будет на капсулу.
До этого момента программист не мог даже представить, что чувствовали лабораторные животные, на которых он протестировал вирт. Неприятные ощущения и сколько они длились сложно было сказать. Минг зажмурился и терпел внутри себя происходящее. В один миг резко все прекратилось. Мучительная боль с тошнотой исчезли. Создатель Каскада моментально появился в странном пространстве. Оно все размытое, словно из окна самолета. Полоски, квадратики и пятна вокруг. С высоты птичьего полета все казалось таким же. Когда Минг первый раз воспользовался воздушным судом корпорации, при взлете, внизу все резко превратилось в мозаику, а во время посадки стало приобретать привычные текстуры. Сейчас происходило примерно то же самое, но быстрее. Не загрузившееся пространство проявлялось через рябь живых пикселей. Создатель Каскада прибыл в назначенное место, но он не приземлился на землю. После инсталляции локации поверхность сама приблизилась, словно её подтащили к Мингу.
Первое, что бросилось в глаза — обилие обветшалых лавок в помещении и на одну из них он сел. Программист сразу понял, где находится, ведь лично видел данную Французскую церквушку в городе Прованс на своем мониторе, когда тестировал ядро программы Проводника. Создатель Каскада именно занимался анализом, ведь окружение под себя проектировал уже сам искусственный интеллект. Мингу было интересно на тот момент, какие декорации для своих нужд образует каждая программа. И теперь он лично здесь благодаря вирту. Убитые стены, старинные иконы. Минг мог подумать, что находился тут один, но звуки, добравшиеся до его ушей это опровергли. Храп доносился из соседнего ряда. Создатель Каскада приподнялся, внимательно рассматривая источник шума.
Священник уютно устроился на длинной лавочке, сложив руки домиком ниже подбородка. Скрип тяжелой двери заставил перевести внимание со спящего на вход. В церковь зашли двое в белых мантиях, на первый взгляд, обычных людей. Но это лишь с виду. Они прошли сквозь стену и точно рассмотреть их было невозможно. Фигуры мерцали, исчезали. Разные части тел выныривали из пространства, затем снова сворачивались, но периодически давали разглядеть в себе человеческие очертания. Такое зрелище должно было повергнуть в ужас любого, но, к удивлению, Минга, присутствие рядом с ними опьяняло. Становилось теплее, хотя те и стояли в нескольких метрах. Было приятное чувство. Не хотелось, чтобы оно прекращалось.
Первые секунды они разговаривали на странном, но знаком языке. Создатель Каскада готов поклясться, что это машинный код, высокоуровневый диалект программирования, только еще более сложный. Минг благодаря своему опыту смог понять это, но суть уловить нереально, так как все числа не переводились в язык ассемблера. Они произносили собственные наборы команд и напоминали два совместимых процессора. В их беглой речи иногда проскакивали буквенные мнемоники, но лишь для экономии времени и сокращения еще более сложных двоичных кодов. Затем два гостя резко прервались, словно вспомнив о Минге и перешли на привычную речь.
― Ну и сходили в отпуск. Уж думал, хоть служитель божий не спит… Ан нет, ― прошептал один из них, поправил светлые волосы одновременно спереди и на затылке. Обычный человек сделал бы данное действие с периодичностью, а этот словно перемотал время и произвел сразу оба движения.
― Все уснули, а священник такой же человек и часть деревни, ― поддержал разговор другой.
У второго волосы черные, но от них шел яркий белый свет, как и от светлой шевелюры первого. Хотелось бы Мингу успокоить себя, что это побочный эффект после прыжка в капсуле, но они явно не верующие прихожане. Создатель Каскада не выбирал место для Проводника, а закодировал его сущность в папке тюрьме. Все события, которые рисовал разум программы искусственного интеллекта в данном ядре, могли сформироваться непредсказуемо. Одно знал Минг наверняка, ему нужно будет найти способ освободить свое детище.