* * *
― Чего тебе нужно? ― на корявом, но понятном нунгарском спросил громко переводчик Уильям, подняв голосом птиц с деревьев.
Уже стемнело и в свете от лунного серпа на небе появился маленький огонек. Лидер колонии закурил сигарету, еле сдерживая смех.
― Этот дикарь сын той обезьяны, чья отрубленная засушенная голова теперь будет красоваться в музее Британии. Боже, он вышел лишь с луком. ― выдохнул с дымом Батлер, вызвав хохот у всех остальных, кроме дикаря с переводчиком.
Нарал не понял ни слова, но по интонации примерно догадался о посыле сказанного. Говоривший разразился смехом вперемешку с кашлем, а затем яростно сверлил взглядом Уильяма.
― Я не понял… Ты собираешься переводить?
― Но... Я думаю…
― Делай свою работу! Подробно доведи как я сказал, мать твою!
Уильям с грустным лицом повернул голову в сторону Нарала и дрожащим голосом стал повторять все то, что сказал Батлер про Ягана. Не успел переводчик закончить, как стрела просвистела и вошла в глазное яблоко. Он еще произнес медленно одно слово «Б-р-и-т-а-н-и-и», а затем поник, опустив голову. Его труп так и остался в седле.
― Взять живым урода! ― заорал Батлер, рванув вперед на дикаря, пока тот готовился сделать второй выстрел.
Лидер колонии сразу смекнул, Нарал ищет смерти и хочет забрать как можно больше жизней, чтобы отомстить за отца. Батлер опрометчиво решил рискнуть собой с людьми, дабы захватить в плен дикаря для дальнейших издевательств и пыток. На жизни своих прошедшему не одну войну такому человеку наплевать, как и на гибель переводчика. Люди приходят, люди уходят. Пришлют инвесторы нового всезнайку по языкам, не проблема. Незаменимых нет, именно с этим кредо по жизни следовал Батлер.
Шальная пуля из толпы пробила кисть Нарала и ему не удалось пустить очередную стрелу в Батлера. Сдаваться дикарь не собирался. Нарал другой рукой, превозмогая боль, схватился за каили. Он нацелился на лидера колонии. Нунгарец слыл умелым воином, но против человека прогресса с военным прошлым шансы невелики. Батлер со своей сноровкой мог подстрелить дикаря, не убивая. Лидер колонии рассчитывал именно на такой расклад, чтобы мучить и использовать будущего пленника, напоминая об жалком отце, но если не выйдет, то вряд ли Батлера расстроит смерть дикаря.
Остальные всадники окружили Нарала с одним лишь бумерангом в руке. Резкий странный треск, щелчок и нападавшие замерли, словно их всех выключили. Батлер с застывшей ухмылкой успел выстрелить.
Пуля зависла в пространстве. Что-то стало происходить с окружением и чувство дежавю снова нахлынуло. Нарал точно видел такое, но не помнил, где именно и когда. Деревья ушли под землю, медленно поднимающуюся все выше. Ноги стали проваливаться в дорогу, но не зарываясь, а сквозь нее.
―Лучше уйти так чем попасть в плен к этому ублюдку! ― достиг ушей знакомый голос.
Баклажанные волосы с милой ухмылкой. Девушка, его невеста, правда немного другие черты лица, но это она точно. Харари спускалась с неба и скинув плащ, подлетела к нунгарцу. На ее голом стройном теле переливались символы, похожие на те, что передал странный человек из сферы. Татуировки как раз и были недостающими частями. Нарал хоть и не знал их значение, но понимал нарушенную гармонию, ведь видел продолжение на клочке бумаги, переданной Мингом. Мозаика сложилась в голове.
― Смотри и запоминай, другого шанса не будет!
От груди до живота первые символы мысленно собрались и выстроились в ряд, образовав целое предложение. Затем и остальные на руках. Харари улыбнулась и повернулась спиной. Баклажанные волосы струились от неведомой энергии, словно от сильного ветра. Неизвестные знаки с буквами соединялись в логические цепочки и образовывали информацию, долетевшую до памяти нунгарца после визуализации. Дикарь точно помнил, что это сам писал без сомнений, хоть и не мог объяснить зачем.
Его любимая умерла на руках, и Нарал молча вспоминал об этом. В глазах стали накапливаться слезы. Харари поцеловала сладко в губы, а затем резко вонзила нож в сердце.
― Я найду тебя в твоих снах. «Я буду ждать…» — прошептала программа, прижимая обмякшее тело нунгарца.