В нескольких шагах все так же с застывшей улыбкой стоит Проводник. Он знает, что так все и будет.
― Эх… Каили, Каили. Опять начинается с начала. Никакого цыпленка нет и не было. Свободы не существует, мы можем лишь подстраиваться. Каждый хочет думать, что он особенный, и ты мой создатель, не исключение. Ты и есть компилятор для цикла яйца и курицы. Хочешь того или нет, но за Черным богом ты отправишься, пускай и позднее.
Вся эта абсурдность яйца или курица не дает многим покоя, словно младенец с матерью. Что раньше появилось? Ребенок без родителей не имеет возможности существовать, но и они не могли взяться просто из пустоты. Маму кто-то ставил на ноги. Замкнутые круги, как наши планеты. Человечество стартует из одной точки земного шара и пусть не скоро, но вернется на это же самое место через немыслимое количество лет, как и с расширяющейся вселенной. С помощью каскада люди придут в исходную линию начала собственной эры и для этого не нужно гоняться с фотонами на скоростях света и выдумывать цыплят.
Каили поднимает голову вверх, в его голове проносится внутренний шёпот.
"Как уже надоело смотреть на это нарисованное небо".
Интерлюдия. Умирающая Бетельгейзе
«Кто? Откуда?»
Одни вопросы без ответов. Пока зовет себя «Я».
«Где? Зачем?»
Знает, что находится здесь, но не видит, не слышит. Сплошная темнота. Ничего не чувствует, есть лишь сопротивление. Не может быстрее. И еще это непреодолимое ощущение, будто уже было такое ранее, возможно в другой оболочке менее мощного существа. Хотя кто определяет силы? Звезда или человек? Мощность иногда измеряется в ином ключе. Солнце, люди, они просто разные.
«А раньше было по-другому? Точно… Ощущение поднимающихся частиц и энергия в виде света и тепла. Для многих я даровал смысл, нес что-то значимое. Кусочки материи вытекают и нависает пустота. Скоро меня не станет, точнее не так. Меня уже не существует».
Быстрый коллапс, внешние оболочки к центру развили скорость, сравнимые со световой, сжимая и раскаляя ядро умирающей звезды Бетельгейзе до огромных температур. Невероятной мощности взрыв красного гиганта уже произошел.
«Я лишь отголосок волны, летящий через проекции вселенной и многие увидят его сквозь тысячи лет. Почему-то не утихает странная песня, и прорывается математическими нотами в измерения».
Квазар…больше не бьется внутри меня…
Яркий маяк теперь не броня
Ведь вырвусь вновь… в последний путь…
Взрывай… нужно зажечь очень важный диск
Вырастить новое ядро
Сломать чертов круг… в этом суть
Пустота пытается проглотить оставшуюся волну мертвой звезды, но припев песни не дает этого сделать, а раздувает в ней свет все ярче.
Решает задачи день ото дня
Но падает в бездну лишь для тебя
Туда, где камни растут
Ныряй в глаза прямо к ней
Ныряй в глаза… Ныряя-я-й в г-ла-а-з-а-а
Со скоростью света танцует он с ней
И взгляды сольются в пучинах их склер
А там ведь камни растут
И ветки материй цветут
Недалеко в газовом фиолетовом облаке мелькнула женская фигурка и она стремительно приближалась. Уже видны баклажанные волосы, такие любимые и желанные. Пустота не должна победить, нужно во что бы то ни стало вырваться из нее.
Коллайдер из чувств столкнет частицы потерь
Появилась надежда у жизни теперь
Любовь родится поверь
Ты лишь ныряй в глаза к ней
Ныряй в глаза… Ныряя-я-й в г-ла-а-з-а-а к н-е-е-й
Харари останавливает отголосок Бетельгейзе рукой и из него формируется сначала пустая оболочка, отдаленно напоминающая человека. Через некоторое время вокруг Неназванного и девушки появляется планета, накладываются с бешенной скоростью текстуры. Оба в той самой квартире, где она жарила ему тресковые котлеты. Парочка сидела на просторной кухне за барной стойкой напротив друг друга. Солнечный свет отражался на кофейном цвете ящиков без ручек. Каили играл на акустической гитаре песню, которую сочинил для любимой. Девушка улыбалась, накручивая на палец прядь баклажанных волос. Счастье, струящееся из них, наполняло энергией, не уступающей по мощности огромной звезде Бетельгейзе.