― Дурной он только в ваших глазах! Но поверьте, Тихар учится, уже может общаться, пускай и таким изощренным способом.
Инвалид кивнул, продолжая показывать на кружку пальцем и кричал бессмысленные слова, но первые нужные буквы вставали всегда. Пришлось объяснять всю подноготную собравшимся, и некоторым, у кого шестеренки мозга делали хоть, сколько оборотов, получилось вникнуть в процесс, а вельможа даже растрогался.
― Так жалко его мать. Думал парнишка пропащий, а, оказывается, случаются чудеса. Кенр! Может тебе знахарем лучше пойти, если ты умеешь исцелять такие недуги?
Кучерявый хотел ответить парой «ласковых» своему правителю, о том, что «ересь» древних помогла пропащему, но сейчас не до этого. Его чуть не убили. Необходимо разобраться в данной ситуации и старейшина, словно прочитав мысли всезнайки, обратился к Тихару:
― Знаешь, кто за этим стоит?
Все жители затаили дыхание, один высокий и крепкий мужчина с седыми волосами, из шайки Мечила, стал пятиться назад. Его звали Грэм, и именно он пожелал тогда Кенру удачи на выборах.
― Ты видел подсыпавшего в отвар яд? ― подключился удивленный вельможа к разговору, до сих пор не верящий, в то, что инвалид умеет общаться, хоть и по-своему.
Калека кивнул, и, шатаясь, приблизился вплотную к побелевшему от ужаса Грэму. Виновный попытался накинуться на Тихара, но его успели схватить рядом стоявшие.
― Я хотел лишь лучшего правителя для деревни! Все знают, кто больше подходит нам! ― верещал разоблаченный преступник.
Грэм знал заранее, какая кружка достанется Кенру и вылил туда отраву. Тихар собирал мусор в этом же помещении. Виновный тогда не придал значение и не мог представить, как калека, даже если и поймет, что он сделал, сможет донести. Все равно никто не воспринимал инвалида. Так решил для себя Грэм в ту секунду, что и обернулось роковым моментом. Какое же разочарование на физиономиях образовалось у всей компании Мечила и вызвало улыбку на лице всезнайки.
― Виновному придется выпить отвар Кенра, таковы правила в Камышах. Если там яд, в независимости от причастности претендента Мечила к этому, я сниму его кандидатуру. Ты тогда подставишь товарища! ― подметил один из старейшин.
― Я выпью сам этот яд, так как знал о намерениях Грэма, но не остановил его! Смою позор! ― вклинился в непростую беседу крепкий Мечил.
Многие помнили, когда в битве на болотах, Грэм подставился, спасая жизнь его сына и все понимали, что здоровяк поступает, как принято у воинов Камышей.
В отличие от друга, он честен в соревнованиях и не стал бы устранять конкурентов данным методом. Хоть он и бил всех подряд в деревне, но такую слабость никогда бы не проявил. Максимум мог только покалечить, а травить или участвовать в подобном точно не станет. Он отдавал свой долг Грэму за жизнь ребенка.
― Во имя семерых! Если решил, да будет так! ― хлопнув в ладоши, произнес вельможа, отряхнув ворсинки с мантии.
Мать Мечила завизжала в истерике, многие хотели так же остановить силача Камышей, но он тверд, как и в остальных своих делах. Никто не успел еще толком осознать всё происходящее, а мускулистый воин уже вырвал у Кенра кружку, грубо оттолкнув. Кандидат в вельможи ничего не говоря на прощание, выпил отвар. Через несколько секунд корчась в судорогах, Мечил принял свою судьбу. Люди кричали от горя. В семье погибшего не могли поверить в то, что произошло несколько мгновенье назад. Грэма объяли ужас с отчаянием. Он хоть и не выпил отравы, но житья теперь ему не дадут. Долго придется возвращать расположение остальных. Спас одного, погубил другого.
Именно такие моменты толкнули Кенра выдвинуться на пост. Древние никогда бы не докатились до примитивного варварства. Человеческая жизнь превыше всего, а они разменивались ею из-за каких-то принципов с обязательствами, словно та имела бирку с ценой. Но главным достигло точки кипения лицемерие с большой буквы и никак иначе. Пользовались материалами с руин для укрепления своих домов, общались на том же языке, что и предыдущее поколение, не утруждая создавать свое. Сочиняли имена, коверкая те же буквы, придуманные древними, да и то новыми назвать их язык не поворачивался. Возможно нескольким детям ушедшей эпохи доставались такие же клички. Складывали цифры на счетах и не понимали, что с этого начали люди когда-то. В деревне повторяли путь прогресса, но не хотели замечать его отголосок. Раньше человечество считало палки с камнями, пока не появилась ручка с бумагой, а затем разностная машина Бэббиджа. Байда с шестеренками, заменившая математиков, решающих дифференциальные уравнения. Далее эволюция в калькуляторы с компьютерами. Именно такой участи для всех хотел Кенр, но в Камышах крутили пропаганду, что возвращаться к старой цивилизации не стоило. Так может реализовать новое, кроме странных имен и тупых законов? Если всезнайка станет вельможей, все изменится. Пора избавляться от нынешнего положения. Кенр жаждет победы, судьба дарит шанс.