― По подсчитанным голосам, новым вельможей должен был стать Мечил, но ввиду последних трагических событий, этой чести удостаивается Кенр. У Агнии меньше всех монет… Но не расстраивайся. Ты и так почетный герой Камышей. Уважение к тебе будет только крепнуть с каждым днем!
Вельможа дал всем понять, что выборы завершены. Остальные старейшины, резчик и уже бывший правитель поклонились ему, новому лидеру Камышей. Кенру стало не по себе, что победить удалось таким образом. Больший процент жителей не выбрали его. Хотя чему удивляться, Мечил приносил огромную пользу деревне. Мог в одиночку уложить несколько противников, защищал земли. Но сейчас он главный, так угодно семерым. Кенр посмотрел на небо, где те парили. Хотя с данными рассуждениями, скоро можно опуститься до уровня остальных. Нельзя забывать для чего хотел взять роль правителя Камышей. Цель достигнута и не важно как.
Тело мертвого амбала унесли, и жители устроили праздник в честь нового предводителя. Всезнайка выпил отвар Мечила, всем сердцем благодаря Тихара. Только веселье шло недолго, так как его резко прервали часовые, объявившие о вторжении захватчиков из деревни Родников. Не успел очередной правитель надеть черное одеяние с нашивками камышей на рукавах, его сама судьба решила испытать.
― Срочно готовимся к обороне. Достопочтенный Кенр, мой вельможа! Они совершали набеги несколько месяцев назад, и мы справлялись. Правда, сейчас у них новый правитель! Молва ходит, непобедимая, целованная семерыми.
― Снова решили разграбить наши болотные консервации запасов дичи на зиму? Нужно дать отпор! ― закричала Агния, ринувшись к воротам.
Кучерявому еще не доводилось командовать воинами, но он уверен… Камыши не проиграют. Судьба отвела от гибели сегодня всезнайку. Нужно защитить дом. И что еще за непобедимая? Целованная семерыми? Очередная чушь. Да это ему подарили самый крепкий поцелуй. Смерть дышала Кенру в затылок всю церемонию, но победа за ним.
Сам Кенр никогда не сражался, приносил пользу деревне другим ремеслом. Помогал жителям, делал их жизнь легче благодаря книгам древних. Все довольны, хоть и не знали, откуда он понабрался таких навыков. Учитывая отношение к прошлому, особенно старейшин, лучше пускай останутся в неведении. Кенра прозвали всезнайкой, и большинство считало, что до многого он дошел своим умом. Спасибо руинам былой эпохи. Лишь резчик догадывался обо всем, но отмалчивался. Только наедине с ним травил нападками.
На правах вельможи Кенру не обязательно идти на передовую в самую мясорубку, но находиться рядом со своими воинами на поле битвы требовало положение. Камыши самая крупная деревня на континенте, люди здесь всегда побеждали. Новый лидер уверен, что ничего не изменится и сегодня.
Кенр забрался на мостик между двумя смотровыми башнями и устремил свой взор к воротам деревни. Огромное войско людей в необычной броне. Всезнайка видел такую в старых журналах, ее надевали хоккеисты перед игрой. Но самое странное, что во главе налетчиков та самая девушка из сна с баклажанным цветом волос.
* * *
Запах свежей древесины. Девушка с баклажанными волосами успела забыть его за столько лет и вспоминала лишь сейчас, пересекая порог хижины резчика.
― Ждал тебя! Идол готов, ― старик сдул опилки и развернул деревянное изделие с вырезанным на нем портретом женщины.
― Поделка со мной? Так ты знал! Впрочем, как всегда, ― всхлипнула девушка, а затем мелодично захихикала. Вибрации голоса очень притягивали. Хотелось слушать ее смех.
Мастер повернулся полностью к ней и прокашлял:
― Знал еще... Мхе! Когда ты сбежала из клетки…Мхе! На болотах. Семеро приметили тебя.
― Женщин и детей знати, я засунула в те же клетки, умирать, а головы их мужей насадила на пики, чтобы те смотрели, как мучаются близкие от жажды. Когда испустят дух, спущу трупы в болота, тела там застынут и напомнят всем, что я не забыла. Тех, кто не входил в правление, добровольно сдавшихся, Родники пощадили.
― Помню, твоего мужа, осужденного за убийство, словно это происходило вчера. Его голова на пике, а тебя засунули в клетку. Мхе! Застывшая мертвая гримаса напротив твоей тюрьмы…Мхе! Если он и наблюдал после смерти за тобой, то узрел рождение силы, а не страдание жены.
― Старейшина, распускал руки, но никто не помог тогда. Меня защитил мой любимый. Убил мразь!