Если Вы сейчас сидите за компьютером, попиваете любимый напиток и любуетесь закатом солнца в какой-либо игре, то все персонажи внутри этого виртуального мира делают тоже самое. Если они для Вас просто файлы в папке, я бы представил, что мы все можем оказаться на их месте, только уже в папках на квантовом компьютере у человека из четырехмерного измерения.
* * *
И увидел я иное знамение на небе, великое и чудное: семь Ангелов, имеющих семь последних язв, которыми оканчивалась ярость божия. И видел я как бы стеклянное море, смешанное с огнем; и победившие зверя и образ его, и начертание его, и число имени его стоят на этом стеклянном море, держа гусли Божии…
Откровения святого Иоанна Богослова
Серия 1. Иерихон в обед
Вес тяжелых костей
Кровавые глаза
Потная одежда
Новый режим
Немного земли
Чтобы понять и узнать
(с) Low Roar – Don’t Be So Serious
_______________________________________________________________________
Каждый день вижу одну и туже даму перед собой на эскалаторе. Теперь она на районе. Обгоняю, чтобы посмотреть кто такая, в итоге вижу оживший манекен.
Там не оказалось лица в прямом смысле слова. Пустота. Рот слился с кожей, отсутствовали глаза с носом. Рябили полоски на лице, накладывались друг на друга. Назвать эту женщину человеком язык не повернулся, и оно направило голову в мою сторону. Могу поклясться, существо смотрело на меня, даже без органов зрения. Оно что-то пыталось сказать, но вместо слов доносился писк. Испугавшись, я рванул в сторону дома и все вспомнил в подробностях.
* * *
― Мочи Деревню, Таун! Давай!
Детские крики шестиклассников смешивались в единый неразборчивый шум для ворочающихся на земле школьников.
― Мм… Ай… А!
Вопли мальчишки не тормозили щелчки от ударов. Боль, пронизывающая кучерявую русую голову, нарастала. Затем плач, но слезы все равно не остановили обидчика. Скулы окутало пламенем от ссадин с синяками, звенел сильно череп. Парнишка, лежа на спине не давал отпор. Он физически не слаб, но жил внутри страх совершить первый удар по лицу новоиспеченного ненавистника. Максимум толкнуть с боязнью, что реакцией станут кулаки в ответ. Другой белобрысый, коротко стриженный сверстник слыл из тех, перешагнувших грань пинков, подножек и оскорблений. Школьник сходу влетал с удара по лицу, притом мог и с ноги зарядить в голову. Такого считали крутым, сильным, плюс витающий трепет плодил компанию задир, ошивающихся рядом. Некоторые из них напоминали поднятый парус за белобрысым капитаном, стоявшим на корме у руля. Дети, заискивая да поддакивая, рассчитывали не вставать на место униженного и побитого. В принципе это работало, таких он не трогал.
Песок с металлическим привкусом из-за крови хрустел во рту. Искусанные губы горели от впивающихся в них собственных зубов при ударе по челюсти. Ранее он очень хотел дружить с Тауном, но данной возможности не дали в зародыше. Тяжело вспомнить, что являлось отправной точкой. Мальчишка единственный в классе жил за городом, и сверстники прилепили прозвище «Деревня». Школьник ненавидел место своего проживания, мечтал о жизни в центре с остальной ребятнёй, но не сложилось. Ребенок не знал родителей, в то время как у других отцы и матери вкалывали, имея в мегаполисе больше ресурсов, снимали или покупали квартиры. Он жил в затхлом деревенском доме с родственником на пенсии, старшим братом отца. Дядя не слыл плохим человеком, заботился о племяннике, но организовать переезд в город поближе к цивилизации не по карману. Кличка «Деревня» настолько срослась с мальчиком, что тот во всех бедах винил нынешний дом. Проблемы в школе по мнению пацана связаны с местом проживания, в то время как у Тауна совсем другая история.