Как бы взять нам войну отменить,
Даже слово стереть в неизвестность.
Мир большой на земле сотворить,
Чтоб от счастья всем петь захотелось…
Но плывут над землёй облака,
Как река, уносящая в вечность,
Забирая с собой имена,
Создавая из них бесконечность.
Кто-то правит умом Сатаны,
Подливает солярку в кострище.
Ничего, это всё до поры:
Обратится твой дом в пепелище.
Бумеранг – он вернётся назад
И ударит гораздо сильнее.
Отомстят вам втройне за ребят,
Ад покажется раем, я верю…
Я с тобою, сынок
Я с тобою, сынок, чую сердцем,
что где-то тут рядом.
Шепчут ветви акации тихо простые слова.
Если нужно, родной, разобью
и развею преграды,
Буду рядом с тобой, помогите
мне в том, Небеса.
Где-то воронов полчище, свастика
блещет на шеях,
То и дело взлетают и перья бросают с себя,
От которых пожары, руины и вера сильнее,
Что Победа придёт, не оставит
от свастик следа.
Где-то море шумит и волною
толкает песчинки,
Закрывая собою ушедшие чьи-то следы.
Я от бед тебя, милый, укрою
слезою-росинкой,
Чтобы только домой ты вернулся
с проклятой войны.
Ветер вьётся по кругу, и слышится
в воздухе шёпот,
Листья бережно звуки от ветра
в себе берегут.
Я хочу, чтобы ты меня, милый,
услышал и чтобы
Всех детей защитил круг из маминых рук.
Сердце матери – море любви
до родного причала,
Где тебя ожидает в любую погоду семья.
В твоём сыне растёт твоя мощь,
как большое начало.
Возвращайся домой, но России
служи до конца.
Я с тобою, сынок, чую сердцем,
что где-то тут рядом,
На большом побережье
Азовского моря стоишь
Растоплю, разобью и развею любые преградь
Я с тобою, не бойся, мой смелый,
мой взрослый малыш…
Небо тёмное, звёзды ложатся в ладошку
Бесконечно глубокой своей синевы.
Это космос берёт и сгребает в лукошко
Души тех, кто уже никогда не вернётся с войны.
Души тех, кто уже не решает задачи,
Не играет в игрушки, не ходит в кино.
Небо серое горестно, горестно плачет,
Заливает слезами своими давно.
То же самое поле, цветы по колено,
Только выйти в просторы теперь не судьба.
«Это минное поле… это ад и геенна», —
Нашептал ей на ушко своё Сатана.
Небо тёмное, звёзды ложатся в ладошку
Бесконечно глубокой своей синевы.
И так хочется снова прижаться к окошку —
Окон нет, лишь руины разбитой стены.
Нет двора и скамейки у чудного сада,
И деревья дымят, как в печи угольки.
Покосилась, согнулась от боя былая ограда,
Маки красные реют войне вопреки.
Пеленою своею слеза заслонила,
Сердце скомкала в губку и сжала в кулак.
Как же страшно! Война! Что же ты натворила?
Не уйти от тебя и не скрыться никак…
Ты грохочешь, смеёшься и сыплешь снаряды.
Ты идёшь, словно гром, молниеносной чертой.
Мы сразимся с тобой, мы поставим преграды,
Мы придавим тебя неподъёмной плитой.
Зачем?
Мне кричали вослед,
А я мыслила, еду и еду…
Пусть там горе и боль,
Пусть там смерть —
От тебя отделяет лишь волосок.
Не ропщу и не слушаю
Впредь никакую беседу.
Там мой сын, там беда,
Вы очнитесь чуток!
Мы же люди, не звери,
А звери гораздо мудрее.
Им достоинство, власть не нужны.
А я еду, друзья, я, естественно, еду
На руины идущей
Злосчастной войны.
Как же больно, Донбасс,
На твоих перекрёстках.
Как же жалко, что души
Черствее камней.
Как же жалко, что совесть
Убийц тех не душит
И они направляют огонь свой
На мирных людей.
Дремлют стены от боли
В разбитых руинах.
Оголённые камни кричат чернотой.
Если ты на Донбассе,
Родимый мой, не был,
Ты меня не поймёшь,
Ты не с ними,
Другой.
Давайте встанем как стена
Ужасный холод по спине
И дрожь по телу, жутко.
Неужто снова быть войне?!
Неужто всё не шутка?!
Неужто, выучив «урок»
Войны масштабной нашей,
Мы снова подведём итог
Кровавой чёрной каши?
Снарядов на передовой,
Руин, мин, и окопов,
И мёртвых тел огромный рой,
Военных переходов.
Неужто снова день за днём
Прольются в мире слёзы?
Неужто мы войну введём
Под русские берёзы?!
Ужасный холод по спине
И дрожь по телу, жутко.
Неужто снова быть войне?!