Голоса, которые сначала звучат уверенно, а потом начинают ломаться.
Семейные дела никогда не обсуждались вслух — они просто выполнялись.
И в перерывах между этим — экраны.
Он не переставал просматривать камеры академии.
Искал её.
Его маленькую мышку.
Теннисный корт.
Коридоры.
Лестницы.
Столовая.
Он знал её маршруты почти лучше неё самой.
Рейна снова остановилась посреди игры.
Камера поймала её профиль — напряжённый, сосредоточенный, будто она боролась не с мячом, а с мыслями.
Эйдан чуть улыбнулся.
— Думаешь обо мне?Ох,лучше бы это было так... — тихо произнёс он, глядя в экран.
В последнее время он стал более одержим.
Он это понимал.
Но всё недоступное становилось лишь желаннее.
Она сопротивлялась.
Злилась.
Смотрела на него так, будто ненавидит.
И именно это разжигало сильнее всего.
Между очередными «встречами» — если их вообще можно было так назвать — он всё равно возвращался к камерам.
Он искал её лицо.
И наслаждался этим маленьким ощущением контроля.
Когда день почти закончился, руки действительно были в крови.
Не метафорически.
Последний «гость» оказался упрямым.
Но всё заканчивается.
Вода в раковине стекала медленно, смывая тёмные разводы.
Эйдан смотрел, как цвет исчезает, будто ничего и не было.
Чистые руки.
Грязный день.
Он вытер их, накинул куртку и вышел.
К вечеру усталость стала вязкой, тяжёлой.
Накопившееся напряжение требовало выхода.
Клуб «Грех» всегда подходил для этого идеально — шум, алкоголь, люди, которые знали своё место.
Он сел в машину.
Пальцы крепко сжали руль.
И мысль вернулась.
Где, чёрт возьми, Рейна?
Камеры показали, что она не вернулась в особняк Лекса.
Лекса.
Эйдан усмехнулся холодно.
— Отброс.
Если она не там — значит, где-то ещё.
Эта мысль не давала покоя.
Раздражала.
Нервы натягивались сильнее с каждой минутой.
Телефон лежал на пассажирском сиденье.
Сообщения от ребят сыпались одно за другим.
Странные формулировки.
Намёки.
Слишком много «тебе нужно приехать».
Слишком настойчиво.
Он не любил, когда его торопят.
Но сегодня в этих сообщениях было что-то ещё.
Как будто они знали то, чего не знал он.
Эйдан нажал на газ сильнее.
Машина сорвалась вперёд и спустя время он уже был на месте..
Эйдан вошёл в клуб без спешки.
Музыка ударила сразу, плотной волной.
Свет, тела, смех — всё привычно, всё на своих местах.
Он шёл вперёд, не задерживаясь, просто скользя взглядом по нижнему залу.
Люди.
Девушки у бара.
Танцпол.
И среди этого хаоса — на долю секунды — красное платье у бара. Длинные волнистые чёрные волосы.
Открытая спина.
Взгляд задержался чуть дольше обычного.
Не осознанно.
Без интереса.
Скорее по инерции.
Он тут же отвёл глаза.
Усталость.
Показалось.
Сегодня ему было всё равно.
Голова гудела, тело ломило, внутри — пустота.
Он хотел только подняться наверх, выпить и выключиться.
Он уже двигался к лестнице, когда заметил Шона.
Тот стоял в толпе и веселился рядом с какой то девушкой...
Удивительно,неужели наконец нашёл себе кого то?
Занятно....
Когда увидел Эйдана — он заметно побледнел и напрягся .
Потом неохотно оторвался от своей партнёрши,обнял её,шепча ей что-то на ухо и пошёл навстречу.
Рукопожатие — крепкое.
Привычное мужское объятие.
— Брат, — сказал Шон.
— Ага, — отозвался Эйдан, уже проходя мимо него к лестнице.
Шон пошёл рядом.
— Слушай… — начал он. — Тут такая херня вышла, я—
Эйдан даже не повернул головы.
— Я вымотан, — сказал он ровно. — Целый день в дерьме. Если это не пожар — отложим.
Шон замолчал.
На секунду.
Он шёл рядом, держа лицо.
Не спорил.
Не давил.
Только чуть сжал челюсть.
— Да не, — выдавил он спокойно. — Не пожар.
— Отлично, — Эйдан кивнул. — Тогда сначала выпьем.
Они поднялись по лестнице.
Шон на ходу махнул Вие — коротко, без слов, скоро вернусь.
Та кивнула, не понимая, но не споря.
Дверь VIP-комнаты закрылась за ними.
Внутри всё шло своим чередом — смех, музыка тише, чем внизу, бокалы на столах, девушки на диванах.
Кто-то шутил, кто-то лениво спорил, кто-то просто наслаждался моментом.
Ничего не остановилось.