– Я не могу уехать, – сказала она и посмотрела влево. – Кто будет кормить моего кота?
– У тебя есть кот?
Она свирепо уставилась на него.
– Нет, но он мог у меня быть, – сказала она.
– Итак, кота у тебя нет. Значит, ты едешь со мной. Немедленно.
Она быстро моргнула:
– А моя работа?
– А что с твоей работой? – Он махнул рукой. – Ты всего лишь официантка. Но, как мать моего ребенка, ты больше никогда не будешь подавать еду.
– Я тебя не понимаю. Буквально пару недель назад ты прогнал меня, обещая со мной не контактировать и платить алименты. – Она была в отчаянии и сердилась.
Да, он ей так сказал. Но в то время он был обескуражен ее признанием, поэтому так резко отреагировал. И он решил ей не поверить, потому что так было проще. Он убедил себя, что она, вероятно, не беременна. Потому что он предохранялся.
Однако его продолжали преследовать образы кареглазого темноволосого малыша. Поэтому Рокко решил пойти на прием к врачу вместе с Чарити.
И вот он пришел в клинику. А затем он услышал сердцебиение ребенка…
В этот момент Рокко понял, что Чарити забеременела именно от него. Она говорила правду.
Но Рокко не хотел, чтобы она думала, будто он ей поверил.
– Ты вроде бы пожелала, чтобы я участвовал в жизни ребенка, – сказал он.
– Мне не нужно, чтобы ты его воспитывал, – ответила она. – Мне нужны только алименты.
– Я не согласен.
– Ты говорил, что не хочешь становиться отцом, – сказала она.
– И все-таки я им стану. И не важно, хочу я этого или не хочу. Но, по-моему, ситуацию можно спасти.
– Я думаю, она уже спасена.
– Потому что ты получишь мои деньги? – От ярости в его жилах застыла кровь. – Что ты планируешь делать с ребенком? Отправишь его родственникам? Какой-нибудь пожилой тетке? И при этом ты будешь брать у меня деньги.
– Нет, я намерена сама растить ребенка. Но я не желаю, чтобы ты его воспитывал, – сказала она, дерзко вздернув подбородок.
– Я имею такие же права, как и ты. Я отец ребенка.
– И еще я ненавижу тебя.
Он усмехнулся:
– И меня это должно волновать, да? Ты не первая женщина, которая меня ненавидит, и я полагаю, не последняя. Однако ты первая, кто вынашивает моего ребенка. И вы оба будете рядом со мной. И это не обсуждается.
– Какая у меня альтернатива? – спросила она, скрестив руки на груди и сверкая карими глазами.
– Ты можешь отправиться за решетку, – проворчал он.
Чарити быстро моргнула:
– Ты не посмеешь отправить меня в тюрьму.
– В тюрьме очень хорошо заботятся о беременных женщинах. – Он заметил, что она испугалась. Хорошо. Пусть понимает, что его угрозы реальны. С ним лучше не шутить. Особенно женщине, которая его ограбила. – Мне очень не хотелось бы рассказывать своему ребенку, что его мать преступница, но мне придется это сделать.
– Ублюдок! – сказала она.
– Согласен. Кстати, нашего ребенка тоже можно назвать ублюдком.
Ее темные глаза сверкнули.
– Как ты смеешь?
– Такова ситуация, дорогая моя. Если она тебе не нравится, постарайся ее изменить.
– Каким образом?
Он пожал плечами.
– Ты можешь выйти за меня замуж, – ответил он.
Это был наименее вероятный вариант плана, хотя он его вполне устраивал. Рокко не видел причин, почему брак должен изменить его образ жизни. Или ее. Но, женившись, он, по крайней мере, обеспечит комфортную жизнь своему ребенку.
Рокко вырос совершенным эгоистом. Он не привязывался ни к одному человеку после смерти своей матери. Приемные семьи, в которых он жил, не давали ему ни комфорта, ни любви. Начав работать, он строил свою карьеру с безжалостной целеустремленностью.
Судьба матери научила Рокко, что ты должен либо быть самым опасным человеком в районе, либо стать жертвой.
Рокко Амари отказывался стать жертвой.
Однако он чувствовал близость к своему нерожденному ребенку. Он снился ему каждую ночь. Потеряв покой от волнения, Рокко пришел на осмотр Чарити в клинику. Ему нужно было убедиться, что она в самом деле беременна.
А сейчас он решительно настроен создать с ней семью.
– Ты сошел с ума? – Она сделала шаг назад.
– Нет. Ты не должна давать мне ответ прямо сейчас. Но ты сейчас же поедешь со мной на остров.
– Или отправлюсь в тюрьму?
Он улыбнулся:
– Или в тюрьму. По-моему, ты легко сделаешь выбор.
– Мне следовало сбежать, – сказала она.
– До кражи или после?
Чарити побледнела.
– Я больше не хочу с тобой разговаривать, – ответила она.
– Я припер тебя к стенке?
– Выбора у меня нет, да?
Он подошел к ней. От ее близости у него сдавило грудь, а в жилах забурлила кровь.