- Кристин, - позвала подруга. – а что, если он правда влюбится?
Я поспешно натянула свое платье, но выглянуть из примерочной комнаты не решилась.
- Ничего. Ничего, Сашка. – неуверенно ответила я. – Не знаю, понравится ли мне Михаил, но вся эта ситуация… Мне кажется, я либо признаюсь ему, либо буду чувствовать себя виноватой. В любом случае, вряд ли у нас что-то получится.
Подруга заглянула в примерочную и, убедившись, что я одета, подошла поближе. Она обняла меня, разглядывая нас в зеркале. Захотелось расплакаться от тепла и искренности, которые я ощутила.
- Крис, не переживай. Я тобой горжусь, родная. Пусть кто-то, может, и подумает, что это неправильно, но иногда по-другому нельзя. Ты же не хочешь, как я, всю жизнь ногти пилить?
Я встрепенулась, крепче обнимая Сашу.
- У тебя все впереди. Я тебе помогу, если все получится. Будем счастливыми, обязательно будем.
Мы еще немного постояли так с Сашкой, а после пошли на кассу.
-
На часах было уже около семи, когда я вынула из духовки противень. Аромат запеченного куриного филе слегка перебивал гарнир – воздушное и нежное пюре из картофеля.
В холодильнике стоял черничный пудинг. Сначала я по старой памяти хотела отнести его остужаться на балкон, а потом поняла, что просторная лоджия вряд ли была для такого приспособлена. Квартира была оформлена в светлых тонах, а от современной кухонной техники буквально хотелось визжать.
Одна комната совмещала в себе просторную гостиную с обеденным столом и зону для готовки – они были разделены мраморной барной стойкой. А из моей спальни открывался чудесный вид на центр города - огни так и манили, переливаясь и сверкая где-то внизу. Дальше шла небольшая гардеробная с удобными отсеками для обуви и украшений.
Особенно мне понравилась ванная – черный кафель, красивое стекло и современная сантехника. Стоила такая жилплощадь, наверное, целое состояние. Я наслаждалась как могла.
Зеркало над обеденным столом выхватило мое отражение, и я ненадолго замерла. Сегодня в салоне мне сделали совершенно новую прическу – косу укоротили, выкрасили в породистый белый и уложили каскадом. Волосы блестели, казалось, что это был какой-то дорогущий парик. Такую шевелюру нельзя просто перетянуть резинкой. Вместе с этим, мне нарастили ресницы – взгляд был лисьим и нежным.
Новая жизнь на серебряном подносике. Домашняя одежда из натуральных материалов, хрустящее постельное белье, тяжелые шторы, перехваченные кисточками. За день я превратилась в самое аккуратное и беззаботное существо в мире. Но все еще не удавалось забыть старые привычки – я почти приняла новый заказ на приготовление торта для дня рождения, и в первый день даже спросила у Виктора, где около дома находится автобусная остановка.
Но Волков не злился и не смеялся. Он искренне хотел, чтобы я привыкла к новым условиям. Конечно, ему это было выгодно. Кстати, кажется, он уже пришел.
Я открыла сложный замок и отступила в прихожую. Даже зимой Виктор носил строгое черное пальто из плотной шерсти. Он кивнул мне, переступая порог и снимая кожаные перчатки. Несколько влажных от талого снега прядей упало на его лицо. Я отвела взгляд.
- Я еще не купила тапочки. – пришлось мне извиниться.
- И не стоит, пол здесь обогревается.
Виктор оставил верхнюю одежду в стенном шкафу, и прошел дальше. На нем не было пиджака, только темно-синяя рубашка, рукава которой он стал закатывать. Мужчина хотел остановиться в гостиной зоне, но я направила его к столу.
- Я как раз закончила с ужином.
Виктор в замешательстве взглянул на меня, слегка склонив голову.
- Ужин? – озадаченно спросил он.
Я вспыхнула, сама не понимая, что происходит.
- Ну, я подумала, что ты будешь после работы… Или ты уже поел где-то? Это нестрашно, просто на всякий случай…
- Ты приготовила мне ужин? – переспросил он.
Мы смотрели друг на друга, словно беседовали на разных языках. Меня так смущало то, что я не понимала истоков его замешательства, а Волков все ждал от меня каких-то объяснений.
- Да, я приготовила тебе ужин. – не скрывая своего недопонимания, ответила я.
Виктор вздохнул, переводя взгляд на стол, и медленно подошел к нему. Сервировка была простой – многие мелкие вещи я еще не докупила. Мне стало неловко. Салат из пекинской капусты и моркови показался мне до пошлости простым, как и мясо с картофелем. Наверняка Волков привык к более изящной пище.
- Я благодарен тебе, Кристина.
Виктор все еще выглядел отстраненно и сдержано, но сел во главе стола и взял приборы. Он вел себя аккуратно и непринужденно – в таких деталях угадывалось воспитание.
- Я не знаю, как готовит Зарина, но надеюсь, что понравится.
Мне было приятно составить ему компанию за ужином, пусть от волнений было тяжело вернуть аппетит. Я поглядывала на выступающие вены на предплечьях мужчины и слегка терялась.
- Зарина? Нет, Зарина не готовит. – с легким смешком ответил мужчина.
- Как это? – я отложила вилку, удивленно глядя на Виктора.
- Насколько я знаю, у них дома этим занимается прислуга. У меня дома ничего, вероятно, не изменится. – он взглянул на меня, и слегка улыбнулся. – Условия нашего с Зариной брака мало отличаются от условий для тебя и моего брата.
Я засмотрелась – даже тень улыбки преобразила лицо Волкова, сделала его привлекательным уже не за счет властности, а за счет какого-то вежливого очарования.
- Значит, Зарине вы тоже заплатили? – мое изумление было совершенно искренним.
Виктор усмехнулся, опуская взгляд. Где-то внизу стало тяжело – его харизма не была кричащей, но заполняла все вокруг.
- Скажем, так Зарина получает то, что хочет.
Оставить волю фантазии – очень в его стиле. Мы ужинали в тишине, но она почему-то не давила. Виктор не глядел на меня свысока, и, кажется, ему даже понравилось приготовленное. Это была совершенно необыкновенная ситуация – представить его повседневным и домашним у меня не выходило до сих пор.
Когда с первым блюдом было покончено, я подготовила пудинг к подаче, украсив его теплой глазурью и свежими ягодами. Мужчина внимательно оглядел десерт, и поднес чайную ложку к глянцевому боку.
- Что ж, теперь я понимаю, почему ты хочешь свою кондитерскую. – одобрительно покачал головой он.
- Ну вот, а вы не хотели доверять мне свадебный десерт! – с шутливым укором ответила я.
Виктор взглянул на меня – это ощущалось прямо по коже. То ли неуютно, то ли дико приятно. Он словно изучал то, чем я являюсь. Захотелось поерзать на месте, но стоило сохранять уверенность. За окном позади кружились крупные хлопья снега. Неужели я встречу Новый год в этой квартире? Я вдруг почувствовала себя очень одиноко.
- Тебе очень идет новый цвет волос. – сказал после паузы он.
- Брату понравится?
Я спросила это неосознанно, но Волков мигом подобрался, словно вспомнил, почему здесь.
- Конечно. – ответил он, опуская взгляд. – Стилисты сверились с твоими размерами, завтра утром к тебе приедут, чтобы собрать на выставку. Учти, возможно, придется поехать на мероприятие после нее.
Я тоже постаралась настроиться на деловой лад, а внутри тоскливо сжалось. В какой-то момент между нами промелькнуло тепло.
- Что мне нужно знать?
Обсуждали детали мы уже за пустым столом. Виктор выглядел расслабленно, но смотрел серьезно. Его профессиональная выдержка вызывала восхищение. Стоило бы поучиться, раз уж я тоже в некотором смысле будущий человек бизнеса.
- Мой брат – художник, как я уже говорил. Но тебе не нужно быть с ним на одной волне, не пытайся притворяться, что понимаешь что-то в его мазне. Ему нравится объяснять. Можешь выразить свои чувства по поводу увиденного – если они возникнут.
Я положила подбородок на ладонь, внимательно слушая мужчину.
- Сама к нему не подходи. Убедись, что он пару раз задержит на тебе взгляд, а потом случайно привлеки его внимание. Улыбайся, будь легкой и не настойчивой. Придумай хорошую легенду – образование искусствоведа за ночь ты вряд ли получишь, как бы умна ни была.
Он сказал это между прочим, как факт. Без сарказма. Я слегка улыбнулась. Приятно.
- Тебе важно, чтобы Михаилу захотелось держаться рядом. Задавай вопросы, показывай колени. Веди себя, как произведение искусства. Я приеду немного позже, ты успеешь осмотреться. Не говори, что мы знакомы.
Мне казалось, что Виктор изначально хотел сказать больше, но что-то его остановило. Он уехал, а я осталась со своими мыслями и переживаниями.
Завтра все начнется.