Осознание влюблённости, какое бы оно ни было, всегда появляется неожиданно. И тут есть два пути: забыть, скрыть и никогда не показывать, ждать когда всё стихнет; или рассказать, признаться этому человеку, и есть шанс, что ваши чувства взаимны. Оба пути сложные, рисковые, но если выбрать первый, то можно никогда не узнать, что скрывал другой. И только во втором выборе есть шанс на счастливое будущее, есть шанс найти человека всей своей жизни. Иногда стоит пересилить себя, и тогда всё может оправдаться. Никогда не стоит скрывать то, что может изменить жизнь сразу двоих людей.
Но есть ситуации, когда такой выбор сделать просто невозможно: когда человек любит другого, либо когда он неизвестно где. Ной просто не знал, где Вона, но обещал себе, что признается, что бы ни случилось.
Глава 8 «Запреты»
Мы всегда стремимся к запретному и желаем недозволенного.
Публий Овидий Назон
Проходили дни, летели недели, месяцы, годы... Глория взрослела, а ангел всë так же была привязана к ней. Вона не использовала ни раза полёта и мимолётной свободы за пятнадцать лет рядом: она просто не видела в этом смысла. Ходила за ней, стараясь следить и не допустить плохого исхода, иначе её бы наказали ещё сильнее. Девочка росла, менялась, пробовала много нового и, кажется, иногда ощущала присутствие ангела рядом.
Вона привязалась к Глории сильнее, чем к Альберту. Она не могла винить её в своём заточении, но часто вспоминала свои дни на свободе. Там, где она летала, где плавала, где смеялась, она нашла демона, который начал растворяться в памяти времени, но Вона бы узнала его из тысячи. Он первый, кто обратил внимание, первый, кого она полюбила. Да, Вона скучала, но давно поняла, что вероятность их встречи вновь неимоверно мала, особенно в таком большом городе на другом конце Земли.
Вечерами, смотря на звёздное небо, его образ всë же всплывал в памяти, а глаза сами собой наполнялись слезами горечи. Они не успели многое, даже несмотря на запреты. И, наверное, Венона поэтому и не тратила свои возможности свободы, надеялась, что демон найдёт её, и тогда она сможет полетать с ним не раз, а три.
Крылья за пятнадцать лет в сложенном состоянии ныли каждую секунду. Вона старалась их размять, но они были связаны, и ничего не помогало - им нужны были нагрузки. Наверняка, когда она освободится, то проведёт в воздухе всю ночь, но пока вынуждена довольствоваться лишь малым. Иногда ангел взлетала рядом с Глорией буквально на метр, когда золотые нити ослабевали и давали больше простора, так уже становилось чуточку легче. Но чаще всего крылья были связаны сильно, как и ангел связана с девочкой. Нити месяцами впивались в кожу, и Вона через силу шевелила крыльями, окрашивая перья красным.
Страдания были тяжёлыми не только физически, но и морально. Вона часто плакала, рыдала, срывалась и пыталась обрезать, разорвать или открепить эту чёртову нить, когда становилось совсем плохо, но ничего не выходило. Её бы могли успокоить адреналин, выброс этих эмоций, опасность и чувство невесомости. Но ничего из этого не происходило. Ночью Вона плакала, а утром ходила рядом с девочкой, гордо выпрямив спину. Она видела других ангелов, которые обращали внимание на её руку и спину, где уже за много лет застыла кровь от попыток выбраться. Они лишь с сожалением смотрели на Вону и ничего не могли сделать. Запрещено.
Запреты, запреты, запреты... Воне только и делали, что всë запрещали. Но до чего это довело? Что единственный, кто смог её понять, кто заговорил, это демон? Да. Так и есть. Единственным существом в этой жизни, заговорившим с ней, был Ной. Она полюбила его за это. Ему было плевать на запреты, но ради неё он запрещал себе признаться, чтобы уберечь. Ведь если бы узнали, то не простили, наказали и казнили.
Ной смотрел на луну, сидя на обрыве, а где-то там, в тысяче километров от него, также сидела Вона, смотря на луну через окно и надеясь на их встречу. Они думали друг о друге, скучали и любили. Оба это осознавали, уже не сомневаясь, но до сих пор не могли признаться и принять в себе.

* * *
Однажды Вона уже не уследила - это была её первая подопечная. Девушка, которая покончила жизнь самоубийством. Тогда Вону жёстко наказали, хотели даже отстранить её от должности, но сжалились, ведь это была её первая девушка, первый человек, с которым она должна была жить. Венона отделалась лёгким наказанием, даже легче, чем сейчас. Её привязали к человеку на несколько лет, а потом эта нить растворилась, видимо, когда наказание закончилось. Даже крылья оставались свободными, а сейчас их связывала нить.