Ехать или нет к Виктору – не обсуждалось. Желание узнать друг друга ближе витало в воздухе, порочные, точнее, предельно интимные мысли, рвались наружу.
Ночь была поистине волшебной.
– Я… честно-честно, не мечтала даже, подумать не смела… не могла, что бывает так… так хорошо, так восхитительно сладко: в постели и вообще. Это что, как это, разве так бывает? Скажи, что это наваждение, гипноз, обман, морок. Наверно мы совершили нечто не совсем законное. Так ярко, так безумно наслаждаться жизнью, забыть обо всём на свете, даже…
– Я впечатлён не меньше, Дашенька. Со мной тоже такое впервые.
– Это говорит мужчина с восьмилетним семейным стажем. Ты меня хитришь. Но, как же хочется верить в сказку, в то... скажи, я любима тобой, скажи!
– Несомненно, девочка. Ты – моя новая жизнь, моя судьба.
С этого дня жизнь превратилась в нескончаемый праздник.
Пока не случилось это:
– Суханов, – позвонила неожиданно Верочка, – нам срочно нужно поговорить.
– Давай отложим. У меня теперь свои планы на жизнь. Я влюбился. Это очень-очень серьёзно.
– Очень хотелось бы пожелать тебе бесконечного счастья… искренне пожелать… возможно, так и будет – решать тебе. Я, Витенька, некоторым образом… беременна.
– Поздравляю! Дядя Фёдор, как погляжу – не промах. Трубка пятнадцать, прицел сто двадцать, бац-бац и… в кратчайшие, так сказать, сроки, по стахановски, забил-таки победный гол в ворота соперника. Мечты сбываются. Но мне-то, зачем об этом знать?
– Это не его… это твой ребёнок, Витенька. Сын, между прочим. Возраст плода – двенадцать недель. С Постниковым я знакома меньше двух месяцев.
– Это что… шутка юмора такая! Не дури мне голову. Восемь лет пусто ноль и вдруг очко. Так не бывает.
– Это реальность. Давай вместе думать – что с этим делать. Я так хочу этого ребёнка, что согласна на всё. Ты готов взять на себя ответственность за сына?
– Я… за сына? Верочка, у меня в голове не укладывается. Я… обещал любовь… да что там любовь – жизнь. Другой женщине обещал. Ты уверена, что хочешь этого ребёнка? Господи, что я такое болтаю… мне-то как теперь быть!
– Вот и у меня паралич воли, полное духовное оцепенение. Знаю одно – Фёдору не нужен мой сын от тебя, тебе – безразлична с некоторых пор я сама. Заслужила. Нечего было хвостом крутить. Думай, Суханов, думай! Что бы ни решил – я пойму, поскольку… с какого бока ни глянь – вина моя.
– Двенадцать недель. Где ты раньше была, Верочка, что же ты наделала! Предлагаешь квартиру разменять?
– Нет, Суханов, не так – жениться на мне предлагаю. Клянусь сыном – сделаю всё, чтобы ты не пожалел об этом.
– А Даша… как же Даша! Она же… она девушкой была. Что если… мы же с ней по-настоящему, всерьёз…
Верочка расплакалась, повисла на шее у бывшего мужа, – прости меня, ненормальную… или убей… век себя не прощу!
Конец