…Сейчас бы он ушел, не задумываясь…
Но тогда он застыл, как завороженный. Гасима словно парализовала всю его волю, и он мог бы стоять часами и глядеть на нее. Гасима, видимо, почувствовала его взгляд, вздрогнула и повернула к нему голову.
— Вы уже вернулись? — обрадовалась она. Ее глаза блестели, щеки горели румянцем. — И жену домой отвезли?
— Нет, она ждет в машине.
На лице Гасимы промелькнуло выражение легкой досады, но она умело погасила недовольную мину.
— Вот как! Прекрасно, буду очень рада познакомиться с женой такого славного человека. — По тону Гасимы можно было подумать, что для полного счастья ей не хватает только знакомства с Розой.
В машине женщины познакомились, и Гасима, привыкшая к общению с разными людьми, пленила Розу своим остроумием и комплиментами в ее адрес и в адрес Фалаха, словом, через пять минут они беседовали уже как самые близкие подружки.
Когда машина подкатила к подъезду дома, где жила Гасима, женщины обменялись телефонами и Роза пригласила Гасиму отметить вместе Первое Мая.
… Эх, Роза, Роза, если бы она только знала, какую великую глупость сделала, пригласив Гасиму в свой дом. Да мало того, что пригласила, и успокоилась бы, придет — хорошо и не придет — хорошо. Так нет же, по простоте душевной добилась-таки, чтобы Гасима пришла.
Еще в машине Гасима сказала, что муж ее баянист, и его очень часто приглашают играть, так что если он будет свободен, они непременно придут, но обещать наверняка она не может. Роза же загорелась желанием принять у себя любимую певицу. Уже на следующий день она позвонила Гасиме и напомнила ей о приглашении.
— Компания у нас будет небольшая, люди интересные, большие ценители вашего, Гасима, таланта, — уговаривала она. У Гасимы было в свою очередь немало причин отказаться, и она называла эти причины, но Роза была неумолима.
И Гасима пришла. Пришла даже раньше назначенного времени. Гости были приглашены к пяти часам вечера, но когда Фалах вернулся с демонстрации — это было во втором часу, — Гасима уже сидела в их квартире. Она пришла одна, без мужа.
— Редко хожу в гости с мужем, — объяснила она Фалаху. — Мой баянист нарасхват, в день иногда на двух свадьбах играет, а сегодня его прямо с утра увели. Звал меня с собой, но я ведь к вам обещала прийти. Дочку знакомая взяла к себе на улицу Карла Маркса, чтобы из окна демонстрацию посмотреть. Посидела я одна, посидела, грустно что-то стало, и решила прийти пораньше, думаю, может, помогу чем-нибудь Розе-ханум.
Гасима ворковала, словно голубка, глаза ее подозрительно блестели, видимо, она уже приняла кое-какие меры, чтобы не было так грустно.
Роза готовила ловко и быстро, но терпеть не могла, когда ей мешали, поэтому ранний приход Гасимы ее не обрадовал, а скорее огорчил. Роза, конечно, и вида не подала, что Гасима ей мешает, а когда пришел Фалах, она быстренько накрыла в столовой стол и под предлогом «заморить червячка» выпроводила Гасиму из кухни в столовую. Там она чокнулась ради уважения с Гасимой и Фалахом, но пить не стала. «Ой, губадья подгорает», — вскрикнула Роза и скрылась на кухне, где и пропадала до прихода гостей, довольная, что ей никто не мешает.
Фалах чувствовал себя неловко наедине с малознакомой женщиной и время от времени, словно прося помощи, прибегал к Розе на кухню. Роза гнала его к гостье, и он возвращался. Гасима же пребывала в своей стихии, ей нравилось поддразнивать стеснительного Фалаха, она смеялась, шутила, рассказывала веселые истории из жизни артистов. Перед ней стояла рюмка коньяка, и она медленно кончиками губ потягивала его.
То ли коньяк возымел свое действие, то ли обстановка располагала к откровенности, но как-то получилась так, что Гасима от веселых, беспечных историй перешла к грустным житейским будням и вдруг стала жаловаться Фалаху на свою жизнь, на неудачное замужество.
Такой неожиданный переход в настроении гостьи смутил Фалаха. Он сочувственно слушал рассказ молодой женщины, всем сердцем переживая ее несчастья.
Муж Гасимы Гильфан на десять лет старше ее. «Он на много старше даже меня», — мелькнуло в голове Фалаха.
Гильфан — человек неинтересный, ничто в жизни его не волнует. Только и смотрит, чтобы выпить. Замуж она вышла за него не по любви. О какой же любви может идти разговор? Просто неопытная была, глупая…