Развернувшись и еле передвигая ногами, я отдаляюсь, оставив увиденное позади своего взора, но не расколошмаченного сердца. С каждой секундой, мои шаги становятся быстрее. Мне необходим глоток свежего воздуха.
Она прикасалась к нему, к моему мужу. Жадно вдыхала его аромат, который должна была вдыхать я, бесчестно украла мои прикосновения, мою желанность, мои моменты, мое право быть у него в объятиях, мое сокровенное, она... Она...
К черту все.
Не девушка является причиной моего разочарования, а этот мерзавец, возомнивший себя главным для меня.
Если он ничего не значит, так почему я ощущаю себя преданной? Будто бы меня отымели против воли и плюнули в душу одновременно?
Я грязная. Мне нужно уехать навсегда. Я стыжусь о недавнем появлении светлых мыслей о нашем совместном будущем, которое было обречено с самого начала.
Не знаю, как я оказываюсь в такси и доезжаю до имения Магомедовых, но возвращаюсь в реальность только тогда, когда водитель спрашивает про способ оплаты. Я щупаю карманы дубленки и понимаю, что мне нечем платить. Тогда, недолго думая, снимаю бриллиантовое кольцо, подаренное мне на помолвке, кольцо, чья значимость утрачена, с пальца и молча передаю таксисту.
Мужчина ничего не отвечает на мой жест, видимо, он осознал, что этим изделием откроет себе золотой билет в лучшее будущее, тогда как сое будущее неопределено, а настоящее разрушено.
Выходя из машины, я плетусь через открытые ворота к входной двери отчего дома и нажимаю на звонок.
— Элла? — Дверь мне открывает дядя. Он удивляется потерянным выражением моего лица, я полностью разбита.
Я не успеваю что-либо ответить, лишь обессилено сваливаюсь Омару на руки, он кричит, вызывая помощь и создавая тем самым суматоху дома. Все прибегают, Си пробирается сквозь толпу и нежно обхватывает мое лицо в ладони, она о чем-то спрашивает, но я не в состоянии промолвить слова, зрение замыливается и я падаю в пустоту.
-2-
Проснувшись, я оказываюсь в своей постели, за окном стоит глубокая ночь.
Я медленно прислоняюсь к изголовью кровати, прижимаю колени к груди и тихо реву, моя боль снова напоминает мне о себе. Мне так плохо. Я такая глупая. Мне требуется материнская ласка, отцовская защита, братское понимание, я нуждаюсь в укромном местечке, где я важна, любима и не разбита бесчестными поступками.
— Юсуф, где ты? — сквозь поток непрекращающихся соленых слез, выдыхаю я и вновь издаю жалкие всхлипы. Мне так плохо.
Откинув плед, я встаю с софы и иду в ванную. Скидываю с себя пижаму, которая осталась не тронута мной после переезда в другой дом, захожу в душевую кабину и погружаюсь в горячий поток воды.
В следующую секунду, я снова реву, возобновляя в памяти вспышки сцен их близости.
За что? Почему это так разрывает душу?
— За что? Чем я заслужила это? — закричав, я резко разворачиваюсь и разбиваю стеклянные баночки, которые были полны всякой солью для ванны. Благо, мне удается не порезаться, несмотря на стекляные хлопья, образовавшиеся под босыми ногами.
— Сестра?
Стоит услышать голос Сианы, как мой рев утихает, но не прекращается.
Она стремительно заходит в ванную и обхватывает чистое полотенце с крючка.
— О, Господи. Что они с тобой сделали?! –– с этим протестующим возгласом сестра закрывает кран и закидывает мне на плечи мягкое, теплое махровое полотенце, которое несмотря на согревающий материал не унимает дрожь по всему ослабевшемуся телу. — Пошли, держись за мою руку.
Сестра осторожно выводит меня к кровати и я послушно сажусь на матрас.
Внутри меня творится морозная буря, сметая все светлое на своем пути. Вся вера, что таилась в укромном уголке моей души о том, что никто больше не пострадает и все придут к миру, встретилась с реальностью и разбилась об ее тьму.
Мне так невыносимо, потому что я призналась себе, что не до конца считала этот брак фиктивным. Так мне и надо. Нельзя жить самообманом, потом больно собирать себя по осколкам.
Алеф пообещал мне ад и он благополучно сдержал данное слово. Это я виновата, что так страдаю, потому мои ожидания лишь мои проблемы.
— Вот, выпей чай. Еще я принесла твое любимое кокосовое печенье. Поешь.
Сиана ставит поднос передо мной на постель, до этого она помогла мне одеться и высушить волосы.