— Отдыхай, Элла.
После этой фразы, парень покидает спальную, оставив меня в одиночестве со своими мыслями.
Мало было поводов для раздумий, добавился еще один.
Кого Алеф любит и причем здесь я?
Нет, меня называемый муж любить не может, он поступает со мной как с уличной шавкой. О какой любви может идти речь?
-3-
Не став развивать эту тему, я привожу себя в порядок.
На моих лопатках, локтях, запястьях и шее красуются пятна и ссадины, будто я прошла настоящую войну и одолела врага. Он хотел заявить свои права на меня. Права, которых нет. До хрипоты смешно.
Нужно найти Юсуфа и убираться отсюда.
Завершив водные процедуры, я переодеваюсь в свободную домашнюю одежду и провожу пару часов в постели.
К ночи, я спускаюсь в самый огромный бальный зал особняка Асхабовых. Здесь они всегда проводили благотворительные мероприятия или просто светские ужины. Я была малышкой, когда впервые приехала с родителями сюда, на зимний вечер.
Тогда декорации в зале и его масштабность оставили на меня неизгладимое впечатление. У меня было ощущение, будто я нахожусь в сказке, без преувеличений.
Я вспомнила свое белоснежное платьице со стразами и длинные крылья. Мама воплотила мое желание прибыть в образе ангелочка, она даже заказала специальный ободок в форме нимба. Замечательные были времена. Беззаботные.
— Пришла наша невестка.
При тусклом освещении, с корзиной ведер, тряпок для мытья и бытовой химией, меня с нетерпением ждали Севинч и Акиф. Представление начинается.
Мне стоило предвидеть присутствие Акифа, он ни за что бы не упустил возможность увидеть мои страдания. Такой молодой, а в нем скопилось содержимое настоящего ящика Пандоры, но в праве ли я судить его? У него погиб брат-близнец. Я слышала, что у близнецов особая, нерушимая связь. После своих родителей, Акиф больше всех пострадал от смерти Амира, потому что они были не разлей вода и чувство одиночества доводит его до крайности, готовое в любой момент утащить его в пропасть.
Два года назад, семья Асхабовых казалась мне примерной, но как же я ошибалась.
До трагедии, у меня мелькали мысли стать частью этой семьи...
Да, я чувствовала симпатию к Алефу с тринадцати лет. В моих глазах, он был воплощением всех моих сокровенных мечт об образе настоящего мужчины. Всегда ухоженный до ниточки, такой умный, такой воспитанный, такой занятой...
Я вошла в эту семью как товар, отданный в обмен на перемирие, но выйду из нее свободной женщиной, сумевшей отстоять свою невиновность.
— Бери тряпку с ведром и начинай мыть.
— А вода?
— Ближайшая ванная комната находится прямо по коридору, с левой стороны, первая дверь.
Я завязываю шелковистые волосы в небрежный пучок, наклоняюсь и забираю ведро с тряпкой внутри.
Искры азарта заиграли в темно-серых глазах Акифа, стоит ему наблюдать за мной в роли горничной.
Сопляк. Какая женщина вступит с ним в брачный союз? О, Боже. Несмотря на свою внешнюю привлекательность, он еще не созрел для того, чтобы называться мужчиной, а мой брат уже в пятнадцать был им.
Мой Юсуф...
Сердце ноет каждый раз, стоит вспомнить о его положении. Где он сейчас, чем занят, как справляется? Миллион вопросов и ни одного ответа.
Набрав теплой воды в ведро, я смачиваю тряпку и несу это всё обратно в зал. Натянув резиновые перчатки, глазами ищу швабру.
Даже в отчем доме я не мыла полы, а тут вытираю, но, ладно, это ничто по сравнению с поступками Алефа. Физическая активность в виде уборки даже помогает выплеснуть негативную энергию. Я начинаю тереть усерднее, представляя, что паркет это лицо Ирен, хотя я не знаю, как оно выглядит, но даю волю воображению и представляю ее настоящей жабой. Бессовестная дрянь, чтоб пусто тебе было. Мое дыхание учащается от накала раздражающих мыслей в голове, а я все тру и тру до скрипа. Потом я представляю наглое лицо Алефа, его ухмылки, издевки и слова про то, что я нежеланная. Да, вкус у него безобразный, стоит вспомнить насколько огромной была задница Ирен, и цвет волос у нее был колхозный.
Нет, Элла, она была очень даже ухоженной, не превращайся в несчастную неудовлетворенную женщину, не задевай внешность человека, не опускайся со своей высоты.