Спустя час или больше времени, я все же справляюсь с уборкой, руки забились, спина тоже, но ничего страшного. Зато я оставила мегеру с ее отпрыском с носом!
Севинч опускается и проводит кончиком пальца по, блестящему от влаги и чистоты, паркету.
— Отлично. Акиф, твоя очередь.
Ну, и что это значит?
Акиф с предвкушением отправляет смс и, через пару минут, в помещение заходят Арес с Сейран, выкатив тележку с многочисленными пачками муки и соли.
Если это то, о чем я подумала, им не жить!
— Братья, помните как мы отжигали на свадьбе нашей двоюродной сестры? — Они оба послушно кивнули. — Пора возобновить это мгновенье!
Арес подключил телефон к портативной колонке и включил веселую музыку, тем временем Акиф сделал надрезы на пачках и осторожно передал по одной Сейран и Аресу.
Они переглянулись и по сигналу начали танцевать, выпуская содержимое коробок на только что вымытый пол, это же мука, ее так просто не очистить водой.
Их плавные танцевальные движения сменились хаотичными и нелепыми. Они уже не танцевали, а прыгали по всему периметру, как макаки, сменяя опустевшие пачки новыми и рассыпая их содержимое. А на Олимпе этой вакханалии расположилась госпожа Севинч, с упоением наблюдая за всем театром абсурда, где главную роль исполняют ее дети.
Завершив свое гадкое дело, они кидают пустые пачки на гору к другим и подходят к своей матери, весело смеясь.
— Мы здорово повеселились! — восклицает Сейран, покружившись на месте, ее длинные локоны, ниспадающие на ровную спину, подстраиваются под такт ее движений.
— О, да. Я отвлекся, — переводит дыхание Арес.
Акиф забирает у меня швабру и кидает к ногам драную тряпку.
Элла, держи себя в руках... Пожалуйста.
— Ну, что, сиротка. Приступай, твоя работа еще не окончена. Ай-яй, как не стыдно, ты даже не начала. — Это провокация. Не ведись. — Мне даже жаль тебя. Брат убийца, сестра умалишенная, а твои родители...
Не выдержав, я переступаю через тряпку и грозными шагами надвигаюсь к нему.
Дойдя до Акифа, я подставляю указательный палец перед его ехидным лицом и грозно произношу каждое слово:
— Послушай меня внимательно. Я могу стерпеть любые оскорбления в свой адрес, но не смей трогать членов моей семьи, особенно родителей. — Акиф забавляется и хватает меня за запястье, но я продолжаю. — У каждого может случиться горе, но нужно умудриться не превратиться в конченного ублюдка, как бы тяжело ни было. Особенно для тебя, заноза в заднице.
Я отдираю свою руку из хватки и растираю запястье. Из-за тусклого освещения, они до сих пор не заметили ссадины и пятна на некоторых участках моей кожи. Заслуга еще одного члена их уважаемой семьи.
— Не разговаривай так с моим братом, «жертва».
— Сейран, знай границы.
— А то, что? — в нападение пошел и Арес. Достали.
— Единственная, кто должна знать свои границы, это ты.
Севинч ненавистно говорит все это, тыча мне в плечо пальцем. Ощущение, будто я наткнулась в школе на задир.
Меня никогда не травили ни в какой компании, и ни в одном учебном заведении, но некоторые Асхабовы решили восполнить отсутствие буллинга сполна.
— Я запру тебя в зале, так что ты никуда не денешься. Будешь драить все одной тряпкой сомнительного качества. Это лишь самое малое, что ждет тебя. Ты пришла сюда, чтобы расплатиться за содеянное своего братца, не строй из себя жертву, ты такой не являешься.
Свекровь с детьми покидают помещение и запирают дверь, как и обещали.
Я обессилено опускаюсь на пол и прикладываю лоб к коленям, прижатым к груди.
Не знаю, сколько я просидела так, но звук ключа, который повернули в замочной скважине, побуждает меня поднять усталый взгляд. Кто-то пришел.
Я поднимаюсь на ноги и с нетерпением хочу увидеть лицо того, кто возится с замочной скважиной. В голове пролетели тысячи мыслей о том, кто это может быть, от господина Амирхана до Сары.
Может, Севинч забыла что-то добавить и вернулась за этим? Не удивлюсь, если так. В этой женщине столько яда, что хватит, чтобы стравить целый город.
Наконец, двери отпираются и заходит Алеф, держа в одной руке ключ со шваброй, а в другой беспроводной пылесос.
Он одет в спортивную одежду и я впервые вижу называемого мужа без привычного официального костюма, в котором он едет в компанию каждое утро.