— Мы поедем в особняк и объявим о том, что наш брак больше не фикция. Ни для кого в моей семье не секрет, что ты мне нравилась. — Я отпиваю кофе, внимательно впитывая каждое произнесенное им слово. — За пару месяцев до трагедии, я собирался засватать тебя.
— Что? — Я кладу кружку на стол и выпрямляюсь.
— Да. Я всегда любил тебя.
На секунду я перестала дышать, Салим сказал правду. Я нежно беру мужа за руку и произношу:
— Я тоже люблю тебя, мой мистер стальное выражение лица.
ГЛАВА 14.
Как бы мне не хотелось возвращаться в реальность, но обстоятельства того требуют. Спустя пару дней уединения с Алефом, страстных ночей, совместных прогулок и разговоров обо всем часами напролет, мы приезжаем обратно в особняк Асхабовых. Перед тем, как выйти из машины, муж дает мне обещание, что все будет хорошо и оставляет нежный поцелуй у меня на лбу. Я верю ему. Сила нашей любви способна побороть любые препятствия на своем пути.
Мы выходим из авто и, сплетая пальцы наших рук в крепкой хватке, уверенными шагами проходим внутрь дома. Снова прежняя удушающая атмосфера и те, кто не рады лицезреть твое присутствие, но сейчас у меня появилась нерушимая опора в лице бесценного мужа, который встал на мою сторону, на сторону нашей любви, и ни одна душа не способна это загубить. Я слышу смешанные голоса и смех, доносящиеся из трапезной. Благодаря горящему камину, языки пламени играют с тенями присутствующих, отчетливо отображая их на стенах.
— Брат, невестка! — Моя маленькая госпожа Сара подбегает к нам с радостными возгласами. Алеф прижимает сестру к своей груди и крепко расцеловывает, тоже самое делаю и я, когда муж ставит девочку обратно на ноги. — У нас гости!
— Гости? — синхронно переспрашиваем мы и поднимаем взгляды на Севинч, вышедшую на наши голоса, которые громко звучат в холле. Ее взгляд отдает, леденящим кровь, холодом, стоит ей заметить, как мы снова взялись за руки.
— Сын с невесткой приехали! Проходите. — Она не подает виду, что увиденное задело ее, отложив на потом любые разбирательства. Хотя бы лишние глаза способны на время удержать ее от новых разбирательств.
Мы умеренными шагами проходим в банкетный зал и киваем всем присутствующим в знак приветствия. Сегодня стол обставлен изысканными блюдами итальянской кухни, которые соединили свои соблазнительные ароматы воедино, наполнив предвкушением поскорее утолить свой аппетит.
Я наблюдаю членов семьи одного из близких друзей господина Амирхана — Алана Асланова, он же генерал полиции, занимался делом Юсуфа, сидит по правую сторону от главы семейства. Интересно то, что их самый младший сын — Ален, который ладил в компании Амира и Юсуфа, исчез, после произошедшей трагедии.
— Сынок, невестка, вы вовремя.
Заметив Мурада, Алеф тепло улыбается и подходит к нему. Мужчины обмениваются неподдельными объятиями, сопровождающими хлопками по спинам. После муж приветствует каждого гостя рукопожатием, попутно представляя их мне, что позволяет нам занять свои места среди трапезного стола.
Мы начинаем диалог на общие темы и у нас складывается славная мини-беседа.
Сейран заходит в помещение, с наушниками в ушах и думает, что это очередной из семейных ужинов, но замирает, ощущая на себе взгляды гостей. Она разворачивается с целью незаметно улизнуть, но не тут то было:
— Стоять. — Сейран стискивает зубы на приказ матери, но остается стоять к нам спиной. — Генерал с семьей приехал, окажи любезность и поприветствуй уважаемых гостей! — Севинч выделяет слово «уважаемых», но это не спасает ситуацию, момент упущен.
Золовка оборачивается, цепляет на личико сомнительные нотки радости и приветственно кивает Аслановым:
— Господин генерал, его жена и сыновья! Какое счастье!
Акиф, зашедший в зал за Сейран, досадно бьет себя рукой по лбу в ответ на поведение сестры.
— Боже, у тебя любезность находится на пике кретинизма, сестра, — подливает масло в огонь Акиф. Это же Акиф, ничего удивительного.
— Я не церемонюсь с каждым. — Сейран раскладывает сервировочную салфетку себе на колени, игнорируя недовольство матери.
— Привет, Аслановы. — Заноза в заднице дает Мураду и Адаму «пять» раскрытой ладонью. После запинается на ножке стула, где сижу я. Невольно вздрагиваю от этого жеста, а Алеф дергает коленом под столом, теряя терпение. — Ой, извините. Я специально, — протягивает шестой, сверкая глазами темно-серого оттенка и занимает свое место. Его тотемное животное - лиса, я уверена в этом.