— Да, господин Амирхан, именно поэтому Асланов решил повесить вину на Юсуфа. Очень удобно. Ведь, у брата была «причина» стрелять в Амира. В школе, все знали про их натянутые взаимоотношения, только мы не почувствовали, что с братьями творится что-то не то.
Еще один факт в копилку того, что я никудышная сестра.
— Компания, в которой парни пребывали большую часть своего времени, была очень токсична. Казалось бы, там были отпрыски из светских семей, но кто-то завидовал, кто-то просто забавлялся, гнобя людей, а у кого-то стояла цель - стравить две влиятельные семьи, что очень на руку недоброжелателям. И все это исходит у таких подростков от вседозволенности их, не менее психованных, родителей.
— Салим правду говорит. — Сестра с хлюпом втягивает верхнюю гладь горячего напитка, не отводя глаз с Силаса, который молча вступил в мини-битву с ней. У этих двоих ненормальные отношения и пусть они поскорее осознают это. Что за игры идут? И какие еще отношения? Сиана ребенок, а Силас обрученный, двадцати шести летний мужик рядом с ней!
— Акиф, почему ты умолчал о проблемах брата?
— Амир не хотел, чтобы вы переживали, пап. Я поддержал его, потом пожалел. Не всегда нужно хранить молчание. Будет уроком нам всем.
— А Сейран узнала?
— Нет. Скажем ей про Амира потом, когда выбьем признание.
Я вижу, как неловко стало мужчинам Асхабовым перед членами моей семьи, но я лишь одобрительно киваю, не продолжая тему. Правильное решение, Сейран пока не нужно быть в курсе дел. Влюбленность зла, полюбишь и ... Адама.
-2-
Поговорив еще немного, мы пришли к выводу, что нужно сделать вид, что ничего не изменилось. Это эффективно для усыпления бдительности Алана, если, конечно. возможно провести генерала. Как мы помним из смс-сообщения Адама, Аслановы прощупывают почву для возвращения Алена. Мы должны дождаться его возвращения и отследить маршрут передвижения младшего Асланова. Собранная новая информация определит наш окончательный план и позволит выбить долгожданное признание. Я так хочу поскорее закончить эту историю, вы бы знали.
Пока Асхабовы собираются у входных дверей, каждый надевая свою верхнюю одежду, Алеф подходит ко мне и берет меня за руки.
— А ты чего стоишь? Одевайся, мы едем домой.
Я сжимаю его теплые пальцы своими и тяжело выдыхаю. Он замер от этого жеста.
— Посмотри мне в глаза, Элла.
Я выполняю указание, подняв взор усталых глаз на него, моего мистера «стальное выражение лица».
— Что происходит?
— Я остаюсь, Алеф.
Мое сердце предательски щемит в груди, отбивая плачевный ритм для нового потока слез, успевшего сделать влажными мои глаза. Мне становится еще горестнее, наблюдая за смятением в его черных, полюбившихся мною, глазах. В глазах, в которых заключена вся моя жизнь.
— То есть, как это?
В ответ на мое тягостное молчание, Алеф приставляет ладони к моим щекам, лаская кожу. Этот жест проходит покалывающим электрическим зарядом по моему позвонку и приковывает меня к нему. Я закрываю свинцовые веки, держась из последних сил не заплакать, не отступить от, предающего нашу любовь, решения.
— Я люблю тебя. Очень-очень, ты слышишь? Да, я облажался, прости меня. Я поступил как мудак, но не лишай меня себя, не лишай меня кислорода, Элла. — Он приставляет свой лоб к моему, тоже закрыв глаза. — Не предавай нашу любовь.
Если я не закончу начатое, то никогда больше не смогу сделать это после. Собрав последнюю волю в кулак и зажмурившись, я отстраняюсь от него и шепчу дрожащим голосом:
— Никаких нас больше нет, Алеф.
-3-
Прошло две недели с момента нашего расставания. Четырнадцать дней, как мы виделись в последний раз, как мне не хватает его мятного, вызывающего поток мурашек, дыхания на моей шее по утрам, когда я просыпаюсь, и по ночам, когда засыпаю. Время, вдали от него. Время, когда я отпустила его руки, нанеся удар кинжалом в самое сердце. Я никогда не забуду хаос потерянности, поселившийся в глубине его глаз из-за моего предательства. В моей душе царит тягучая, безжалостная пустота, нуждающаяся в немедленном заполнении в его лице, теле, словах и заботе. Я провожу ночи с мокрой подушкой, прижатой к груди. Мне тяжело, почти невыносимо без любимого человека, но назад дороги нет. Не знаю, как я протяну в таком темпе, но это уже мои заботы.