Я кивнул, снова целуя Оралию в щеку. Её тело обмякло в моих руках.
— Рен… — голос Оралии был далеким, пальцы соскользнули с моей туники.
— Я люблю тебя, — крикнул я, когда её тело начало таять в сгущающемся тумане, и поймал лишь едва уловимое эхо её ответного признания.
Она находила фрагменты, собирала меня воедино. Я обернулся и посмотрел на Астерию: она в тревоге перебирала пальцами складки своего одеяния, не сводя глаз с того места, где только что стояла Оралия. На её бледном лице отчетливо читались материнская нежность и беспокойство. Я вернусь в мир и свершу свою месть, я был в этом уверен.
Но что будет с моей матерью?
ГЛАВА 21
Оралия
Я проснулась со сдавленным криком и резко села в постели.
Руками вцепившись в грудь, я почувствовала, что сердце под ребрами билось так сильно, что подступала тошнота. В комнате было темно. Лишь тонкие нити утреннего света пробивались сквозь тяжелые шторы. Каждый раз, когда я моргала, я видела лицо Рена и чувствовала его губы на своих.
— Прости меня, любовь моя, — сказал он.
Это было реально. Слишком реально. Совсем как тогда, когда я стояла под палящим солнцем на пристани в мире людей рядом с богом со шрамами. И всё же это не могло быть правдой. Рен ушел, его магия ждала в каком-то запредельном пространстве, пока тело не восстановится. Мой разум просто цеплялся за утешение, измотанный нашим путешествием и битвой, которую мы выдержали.
Но на мгновение, прямо перед пробуждением, во мне вспыхнула надежда. И она разбилась вдребезги, когда пришло осознание, что это был всего лишь сон. Всхлип сорвался с моих губ. Я сжала простыни в кулаках, низко склонившись, пока ткань не заглушила мой крик.
Я хотела к Рену, нет, он был мне необходим. Неважно, какой силой я обладала или как другие верили, что мы сможем выиграть эту войну без него. Я не могла этого сделать без него. Каждый вздох давался с трудом; я жадно хватала ртом воздух, позволяя боли выходить из тела, словно яду из раны.
Когда комната посветлела и лучи рассвета просочились сквозь щели в шторах, я успокоилась. Слезы высохли дорожками на моих щеках, оставив после себя лишь пустую онемелость.
— Моя блистательная пара. — Голос Рена был лишь воспоминанием в моих ушах. — Я люблю тебя.
Этого воспоминания хватило, чтобы вытащить меня из постели и вывести в сад внизу.
***
Лабиринт высился стражем между Ратирой и Пиралисом и был образован из ветвей огромного дерева, росшего на боку, узловатого и окрепшего от времени.
— Ты когда-нибудь говорил с ним раньше? — спросила я Сидеро, который составил мне компанию, когда я наконец выбралась из постели.
Когда Сидеро пришел с подносом еды, для меня стало облегчением устроиться у окна в гостиной и просто смотреть на Инфернис. Мы говорили о пустяках, от погоды до того, что мне надеть, и на мгновение я могла притвориться, что это обычное утро. Могла притвориться, что Рен внизу с Горацием и Димитрием присматривает за душами, и скоро он ворвется в дверь, бросит свою перевязь на пол и заключит меня в объятия.
— Eshara, — промурлычет он прежде, чем накроет мои губы своими.
— Я не говорил с Зейном, — ответил Сидеро, прерывая мои грезы. Он пристально смотрел на вход в Лабиринт с его исполинскими стенами из переплетенных ветвей и гнилой листвы.
Я поджала губы, нервно переплела пальцы поверх платья, а затем отпустила их. Перчатки были спрятаны в одном из карманов, и я наслаждалась ощущением тумана на ладонях и текстурой юбок под руками. Сам лабиринт был местом неведомым, так как большинство не осмеливалось в него заходить. Когда-то давно у него было предназначение, но теперь им пользовались редко. Даже Торн с трудом припоминал, когда в последний раз Гораций отправлял туда душу. У меня сложилось впечатление, что он похож на пещеры в горах Тилиф, куда души уходили, чтобы встретиться лицом к лицу со своими страхами.
— Хочешь, я пойду с тобой? — предложил Сидеро, указывая на высящийся впереди арочный вход.
Покачав головой, я выдавила слабую улыбку для друга. Моя магия уже покалывала затылок, обращаясь ко мне без слов.
— Нет, спасибо.
Он кивнул, сжав мой локоть, а затем приложил ладонь к сердцу.
— Я найду тебя до ужина, хорошо?
— Конечно, — ответила я. Мы с Элестором и Драйстеном решили отправиться на следующее утро. Я нехотя согласилась подождать день, чтобы собрать припасы, так как эта частица ощущалась дальше остальных и… страннее. Хотя я не могла точно определить, что именно вызывало это чувство.